500 лет назад – 3.1, или Кавалеры ордена

В это время сами они тоже шли возле саней пешком, греясь, так как немного подмерзли на легком морозце (да при езде ветерок задувал все же). В таком порядке и двигались дальше, проехав первую деревню без остановки. Здесь и перепись, и разъяснение людям политики новых властей должен был проводить Михайла, а вот во второй деревне остановились, правда, ненадолго – Ефим предупредил местного старшего, что через пару дней на обратном пути заедет и расскажет об их новой жизни. Так они, особо не торопясь, добрались и до малой усадьбы Ордена.

Седов, если честно, почему-то несколько волновался, когда они выехали на поле, где стояла усадьба. То ли погода с низким серым небом так повлияла, то ли что… Когда они отрядом шли, было совсем по другому. У него вообще в этой поездке (двое саней на глухой дороге в лесу) мозг выдавал странные ассоциации, по антуражу – то ли партизаны в брянских лесах, то ли вообще – покорение Сибири Ермаком, с учетом века. Он даже готов был увидеть на месте усадьбы развалины или вообще пепелище, но нет, с виду все было в порядке – постройки и забор на месте, дымок из трубы идет… Уже вблизи от строений залаяла собака, и, когда сани подъехали к воротам и встали, из-за забора высунулась голова, и тут же ворота начали открываться.

–Ну, как вы тут? – спросил Ефим, разминая ноги.

–Да все слава богу – ответил конюх – а вы к нам, что же?…

–Дела есть. Нужен Вацек, и придется по соседним деревням поездить.

–Это мы сей час. Микешка, беги за вуйком!

–Так зачем бежать – отозвался один из бойцов – бери, вон, любые сани, да поезжай, привезешь его, быстрее будет.

–Да – согласился Ефим – скажи, разговор важный, пусть поспешит. Хотя – он прищурился на небо – сегодня, наверное, не успеем…

Микешка тут же уехал, вторые сани завели во двор, вещи забрали, и народ пошел в дом, оставив Маркела и еще одного бойца распрягать лошадь, убирать сани и что там еще нужно делать.

Надо сказать, что тогда, после ухода отряда, Маркел, Вацек и Микешка таки попарились в бане и прилично приняли браги после нее (ну, кроме Микешки, ясное дело, тому плеснули чуток).