Хоббит и Саруман

– Не квафикации, а ква-ли-фи-ка-ции! – поправил его Бильбо.

Урх сдался.

– Ладно, подожди меня здесь, я сейчас схожу за деньгами. Они у меня спрятаны в укромном месте, и я не хочу тебе его показывать.

И ворча себе под нос, урх удалился в один из темных коридоров. Бильбо остался один. Он тут же подбежал к Биинору, погладил его по головам и ласково проговорил:

– Не бойся, дружище, авось мне удастся что-нибудь сделать для нас обоих.

После чего хоббит стал бегать по пещере, заглядывая в каждый уголок.

– Вот то, что мне нужно, – обрадовался Бильбо. После чего, он отцепил капюшон от плаща и быстренько проделал в его кончике, там, где была пришита шелковая кисточка, отверстие, так чтобы сквозь него свободно пролезала его рука с растопыренными пальцами. Убедившись, что дырка получилась, что надо, он положил свой капюшон прямо на трещину, да так, чтобы его заостренный конец с дырой, опустился прямо ей внутрь.

Бильбо подставил ему капюшон, и урх ссыпал в него все золото из своего мешка, которое тут же через проделанную дыру, улетело во впадину. Хоббит потряс капюшоном перед носом урха, показывая, что тот, совершенно не наполнился.

– Тут даже четвертинки нет, – сказал он.

– Как же так? – удивился урх.

– А вот так. Ты, давай, не жадничай, а иди и неси золото. Иначе не о какой работе и речи быть не может.

– Хорошо, хорошо, ты не беспокойся. Я ведь урх честный. Не обману. Уговор есть уговор.

– Вот-вот, – поддакнул Бильбо и изрек фразу, которая в последствие стала крылатой, – уговор дороже денег.

Вскоре урх принес еще мешок с деньгами и высыпал его в Бильбов капюшон, который опять к его великому изумлению остался пуст.

– Ты в следующий раз побольше неси, – посоветовал ему на это Бильбо.

И урх принес два мешка, а капюшон по прежнему остался пустым. Три раза еще ходил урх за золотом, а капюшон Бильбо все не наполнялся. Гоблин устал, вспотел, запыхался, и глаза его уже не блестели так радостно, как прежде. Наконец он не выдержал:

– У меня больше нет золота, – сказал он, чуть не плача. – Ты забрал сбережения всей моей жизни.