Генерал Крузо

Только его и видели. Бочкин и Краснобаев ему пальцем вслед погрозили.

– Ну все, – удовлетворенно произнес Краснобаев, – больше ни один крокодил к нам теперь не пристанет. Можете быть спокойным, товарищ генерал.

А Бочкин представил, как его крокодил ест, а остатки в воде прячет, чтобы на ужин, значит, приберечь, вздрогнул всем телом и даже прослезился:

– Эх, Краснобаев, опять ты меня спас! Да где же я столько орденов для тебя найду?

– Ваше похвала, Василий Митрофанович, для меня дороже любого ордена.

Бочкин даже покраснел от удовольствия, а так как он был очень скромным человеком, то решил переменить тему разговора.

– Ну ладно, хватит друг другу похвалы воздавать, надо изучить обстановку. Какие есть предложения?

– У меня предложение подняться на гору и осмотреться. С высоты, оно, все видно.

Бочкину предложение понравилось.

– Тогда вперед! – скомандовал он.

И они стали собираться. И сразу выяснилось, что рубашка генерала уплыла вниз, ее ручей унес, а у Краснобаева одного ботинка не хватило, он у крокодила в пасти остался.

Пришлось идти не в полной форме.

Глава пятая

МЫ НА ОСТРОВЕ, ТОВАРИЩ ГЕНЕРАЛ!

Гора была достаточно высокая, и самолет АН-24 был посажен смерчем на самой середине ее западного склона. Поэтому, чтобы оказаться на ее вершине, надо было совершить самое настоящее восхождение.

Ничего не взяли с собой Иван Иванович и Бочкин в дорогу. Только генерал наотрез отказался расстаться со своим портфелем.

– Там же секретные документы! – сказал он Краснобаеву и посмотрел на него с подозрением. – Целый портфель. Ты представляешь, что будет если он попадет во вражеские руки? – Бочкин даже вспотел от такой мысли. И сразу стал грустным и торжественным. – И запомни, Иван, если со мной что-нибудь случится, ты во что бы то ни стало должен сохранить этот портфель и вернуть его нашим. А если ситуация будет такой, что ты попадешь в плен вместе с портфелем, до этого ты должен будешь уничтожить все, что в нем есть.

– Так точно! – отсалютовал Краснобаев и с сомнением посмотрел на генеральский портфель. Он был такой толстый и разбухший от бумаг, что их все даже их знакомый крокодил, и тот, вряд ли съест. А если и съест, то сразу издохнет от заворота кишок.

– Съем все до последнего листочка.

И они стали подниматься.