Сага о хварангах

Потом Ино?ши нежданно получил неведомо чью шальную стрелу в лопатку, к делу стал непригоден и был срочно заменён пожилым Шином. Когда набирали воду в роднике, едва успели укрыться от налетевшей грозы под скальным выступом, промокли и продрогли, но остались целы, а вот восемь из десяти тыквенных фляг раскололись под ударами увесистых градин. Затем Кумакити сломал свой любимый посох, не рассчитав груза, и долго шёл, ворча и хмурясь, пока на привале не выстругал себе новую толстенную дубину.

Следом Лин обожглась, проверяя заготовку для смоляного факела, и шла теперь с тянущей болью и повязкой на левой руке. А Кван умудрился наступить на осиное гнездо и был атакован разъярёнными насекомыми, укусы которых придали чертам его лица бугристость, нелюдимость и одутловатость…

И разговор на первой ночёвке затеяли они совсем никчёмный:

– Вот она, судьба воинская, – устраиваясь у огня поудобней, сопя и покряхтывая, изрёк зачем-то Шин, – каждый раз уходим в неизвестность, а вернёмся ли – неведомо…

– Ой, братец, и не говори даже! – своим обычным ехидно-напевным голосом отозвался озорник Хаято.

 – Зайдёшь, бывало, в кусты, стянешь портки, присядешь, а сам думаешь – возвращусь ли обратно, иль утянут меня сейчас в неизвестность злые демоны?

– А я и не говорю про демонов, – поддался на провокацию проказника пожилой воин, – думаешь мало опасностей вокруг – звери, да и люди – не лучше зверей! Я уж повидал многое! На своей шкуре познал…

– Как гузку сохранить и ладошки не испачкать?! – зашёлся в хохоте юный шалопай.

Шин вздохнул, махнул рукой и перевернулся на другой бок, всем видом показывая юноше, что пустой разговор окончен, но тут неодобрительную речь завёл братец-Медведь:

– Зря ты так, Кумаро?… Подначиваешь заслуженного человека, а не знаешь, сколько он караванов провёл, сколько раз с разбойниками бился. Тонул ведь, слышишь, с кораблём вместе, горел в пустом храме тогда… Эх, да что говорить!

– Простите, что мешаю беседовать о материях высоких и утончённых, но мне дежурить во вторую ночную смену, а потому хотелось бы вздремнуть немного, если сие никого не обременит, – сонно-отстранённым голосом, ёжась и позёвывая, пробормотал Лан и натянул на голову край циновки…

Хаято сел, явно намереваясь продолжить спор, а Лин внезапно остро ощутила потребность прекратить эти странные и нелепые препирания.