Пепельный рассвет

Один – пожилой, лет шестидесяти, дедок и трое крепких парней. Таджики? Узбеки?

Это оказались таджики.

– В чем проблема, уважаемые? – присаживаюсь на стул, стоящий около Нины. – Она говорит, что у вас есть какие-то требования. Могу я их узнать?

– Простите, а вы сам кто будете? – интересуется один из парней. Дед хранит молчание.

– Военный комендант области. Звание мое вы видите, а зовут меня Сергеем Николаевичем.

– Вы здесь самый главный?

– Здесь главный – полковник Лапин! А вот там, куда вы хотите поехать – я один из руководителей.

– То есть, вы можете что-то решать?

– Могу.

– Мы бы хотели жить рядом.

– А конкретнее?

– Понимаете… у нас есть свои обычаи. Правила поведения, если точнее. Мы всегда так живем.

– И что из этого следует? Работать вы где хотите?

– Мы… – он оглядывается на старика. – Мы еще не решили, что именно станем делать на новом месте.

– Ниночка, а вы им что предложили?

– Работать на станции они не хотят – не их профиль. В шахте – тоже. Я им предложила на выбор любую из трех близлежащих деревень – отказались.

– Так… – чешу в затылке. – И что же нам с вами делать?

– Возможно, мы смогли бы торговать…

– Где и чем? Вы ничего не производите – что же продавать собираетесь?

– Но… Другие же что-то ведь выращивают? Не всем удобно возить это на базар самим…

Понятно, передо мною «почтенное» племя перекупщиков.

– Вынужден вас разочаровать – базара у нас нет. И еще долго не будет. Чем же вы собираетесь на жизнь зарабатывать?

Нахально вру – есть базар.

– Э-э-э… у нас есть деньги… доллары!

– Там, если дальше пройти по коридору, есть комнатка – туалет. Можете обклеить ими стены данного заведения – все веселее будет смотреться. Повторяю свой вопрос.

Дедок что-то буркнул.

– Тогда, если это можно, мы бы хотели осмотреться на месте.

– Можно. Осматривайтесь. Суток вам хватит?

– Почему так мало?

– Можно и больше. Только вот кормить вас более одних суток никто не станет.

– Почему? – удивляются молодые парни хором. – Мы же заплатим!

– Чем?

Они в замешательстве переглядываются.

Что делать, нет у меня никакого уважения к таким вот «труженикам» прилавка. Мы, разумеется, вполне способны прокормить их и больше суток, даже больше месяца. Но – не хочу. Не хочу отнимать кусок хлеба у тех, кому он нужен гораздо больше. И у тех, кто просто не может его заработать по недостатку сил или иным подобным причинам.