По ту сторону зеркал

Вообще Зареченск был не таким уж и маленьким городом, и непонятно, как классную руководительницу угораздило поселиться в соседнем доме с дядей Олегом. Обычно Денис был не слишком рад такому соседству – Марья Ивановна в свои сорок с лишним лет очень серьезно подходила к педагогической работе, и ученикам, которые проживали рядом, приходилось несладко. Правда, сам парень с родителями жил далеко, но классная руководительница легко решила эту проблему: теперь Олег Леонов был в курсе всех школьных проделок племянника.

К тому же дядя Дениса питал прямо-таки священное уважение к классным руководительницам (наверное, потому что сам в школе был тем еще сорвиголовой) и всегда поил Марью Ивановну дорогим индийским листовым чаем.

Но сейчас такое соседство было как нельзя кстати. Бодро прошлепав по застывшей грязи, Денис завернул в темный подъезд дома номер двадцать четыре. Синяя табличка с цифрами изрядно проржавела, но перепутать дом было невозможно – местные умельцы вывели его номер на боковой стороне дома краской-аэрозолем.

Как ни странно, выглядело граффити довольно прилично.

Денис махом поднялся на третий этаж. Рядом с дверью Марьи Ивановны поблескивала аккуратная табличка: «Стоградова М. И.»

После третьего звонка дверь приветливо распахнулась, и на пороге появилась сама классная руководительница в вязаном зеленом свитере.

– Денис? – удивилась она. Ученикам нравилось в Стоградовой еще то, что она всегда называла их по имени, кроме тех случаев, когда была в ярости.

У завуча же все было наоборот: в хорошем настроении он именовал всех по фамилиям, а когда выходил из себя, переключался на уменьшительно-ласкательные имена. Так что если в школе где-то слышалось знакомое «та-ак, Сереженька» или «объясни-ка, Юлечка», все понимали, что дело плохо.

– Что-то случилось, Денис? – тем временем повторила Стоградова.

– Да, Марья Ивановна, – как примерный ученик потупился тот. – Понимаете, я тут приболел и два дня пропустил. Но завтра уже, наверное, пойду в школу.

Не идти же мне из-за двух дней в больницу?

– Нет, конечно, не волнуйся. Никаких справок не надо. Посмотри на себя, какой ты бледный! Тебе еще выздороветь надо полностью! – рассеянно улыбнулась Стоградова. Было видно, что она думает о чем-то совершенно другом. – Я поговорю с Аркадием Петровичем… Кстати, а Олег Дмитриевич дома?

Марья Ивановна называла тридцатипятилетнего дядю Дениса исключительно по имени-отчеству и с большим уважением.