За Державу обидно!

– С тебя стакан! Кто был прав?! – он поворачивается ко мне. – Не удивляйтесь, Михаил Петрович, это наш старый спор. Я всегда был уверен в том, что вы – это острие копья. Ведь за вами стоят еще люди? И их немало?

– Ясен пень! Что ж вы думали – я один со всей системой бодаюсь? Эдакий современный Дон Кихот?

Мы все вместе улыбаемся. Уф! Упал с души кирпич – нашего полку прибыло!

Смех смехом, а вот дальнейшего развития событий я и представить себе не мог.

Началось с того, что после телефонного разговора на оговоренную встречу мы двинулись вдвоем с Плюсниным.

Что уж он там такого наговорил Петряеву, бог весть, но тот потребовал и моего личного присутствия. Более того, в приватном порядке он намекнул мне, что эфэсбешника надо доставить целым – и любой ценой! Правда, тот тоже оказался не размазней, и в дороге нас сопровождали шестеро бойцов его личной группы. В принципе, при такой охране можно было бы и поспать, но… нервозность моего старого друга (и нынешнего командира) передалась и мне. Подремать не вышло.

В условленное место я приехал злым и невыспавшимся. Да и Плюснин всю дорогу нервничал, видать, что-то его взволновало всерьез.

После краткого обмена любезностями, мы все уселись за стол. Все – это мы двое, Петряев, Толя Григорьев и еще двое незнакомых мужиков. Устроились, хлебнули чаю, и слово взял Плюснин. Поставив на стол свой ноутбук, он откинул крышку и что-то набрал на клавиатуре.

– Без вступления здесь не обойтись, поэтому заранее прошу прощения за многословность.

Ребята кивают.

Все серьезны, словно знают что-то такое, о чем я даже не догадываюсь.

Ободренный их реакцией, эфэсбешник продолжает.

– Как известно, следствием разоблачений некоторых действий вспомогательного корпуса стал вывод его частей из ряда стран Индокитая и Центральной Азии. Полагаю, все успели заметить, насколько быстро и организованно развернулась кампания по изгнанию этих частей и дискредитации корпуса в целом?

Снова утверждающие кивки.

Оратор щелкает кнопкой мыши, и на экране появляется карта.

– Вот схема расположения частей корпуса, по состоянию на полгода назад. Синие линии – дороги, которые они контролировали. Точки – места дислокации частей.

Мы внимательно рассматриваем тонкие синие линии и точки. Они пересекают всю страну, доходя до бывшей границы СССР.

– Да, части корпуса стояли и в бывших советских республиках, – заметив вопросительные взгляды собеседников, говорит мой спутник. – Не обращая никакого внимания на линии границ.