Закон свободы

– Это голова сфинкса, – равнодушно проговорил я.

Пузо на мгновение перестало колыхаться и замерло, словно его подвергли мгновенной заморозке.

– Брешешь… Покажи!

– Сначала налей-ка мне стаканчик горло промочить, – попросил я. – А то пить охота больше, чем твои десять тысяч за мой хабар.

Бармен, подозрительно глядя на меня, взял самый мелкий стакан из тех, что стояли на полке с чистой посудой. После чего, нацедив туда пива из бочонка, накрепко привинченного к стойке, отработанным движением послал стакан ко мне.

Я взял стакан, нарочито медленно выпил довольно неважное пиво, крякнул, поставил пустой стакан обратно на стойку. После чего снял с плеч рюкзак, расстегнул и достал голову «сфинкса», тщательно завернутую в пленку.

– Давай ее сюда, – с придыханием произнес бармен. – Надо рассмотреть получше, а то за пленкой ни черта не видно.

Возбуждение бармена было понятным. Голова «сфинкса» не просто ценный охотничий трофей. Говорят, на Большой земле именно из нее делают знаменитый «Крем 20». Намажет таким кремом престарелая женушка какого-нибудь миллионера сморщенное лицо, и старая кожа моментально разглаживается, становясь упругой и гладкой, как у двадцатилетней. Эффект стойкий и длительный, где-то на год хватает. Но и стоимость чудо-косметики заоблачная: хочешь купи себе один грамм «Крема-20», а хочешь – новый «Бентли» представительского класса.

В принципе, это право покупателя – удостовериться в том, что товар качественный. К тому же в сталкерских барах «кидать» клиентов не принято, ибо чревато. Сбросить цену – святое, а чтоб забрать товар и не заплатить, такого я не припомню. Ибо в подобном случае с обманутого клиента снимаются ограничения всех негласных законов Зоны, и он волен поступать с обманщиком так, как ему заблагорассудится.

Поэтому я без тени сомнения протянул бармену увесистую голову… которую тот почему-то даже не стал рассматривать, а лишь бережно спрятал под стойку.

– Дочка, выходи. Глянь, это тот самый?

Сразу за стойкой находилась дверь в подсобку, которая после слов бармена немедленно отворилась с противным скрипом. И я из-за своего капюшона увидел грудь знакомого аппетитного размера, прикрытую новым камуфляжем.