В связи с особыми обстоятельствами

Но вот просто подремать – не вышло, проснулся Алексей от того, что солнечный луч недвусмысленно пощекотал его небритую морду.

Вот так ни фига ж себе – подремал! Добрых часов пять! Бардак, товарищ капитан! Хреновый пример подаете!

Поднявшись на ноги, он по привычке потянулся оправить форму. Ну да, пиджак, да ещё и с чужого плеча… мало похож на привычную гимнастерку.

Чертыхнувшись вполголоса, он допил остатки воды из фляги и прикончил трофейную банку с рыбными консервами. Ну вот, и повеселел сразу, пора в дорогу.

К хутору он вышел с другой стороны – не с той, с которой уходил. Почему?

Да вот следы на дороге… их в прошлый раз было явно меньше. Кто тут катался? Немцы – грузовик и бронетранспортер, да телега с прихвостнями. Туда – и обратно. А после ещё и стадо прошло. Никаких четко выраженных следов быть не должно – это после стада-то?

А они – имелись.

И судя по следам, в хутор и назад проехало, как минимум, две машины. За каким, простите, рожном их туда понесло?

Ладно, допустим, что они разок туда скатались после суматохи, когда хватились прихвостней.

Тогда ещё веселее выходит – зачем они второй раз приперлись?

Ракутин этого не понимал и оттого ему это сильно не нравилось. Вот и заложил здоровенный крюк, обходя хутор сбоку. Плюнуть бы на него – но на подворье запрятаны форма и документы. Оставлять это капитан не хотел категорически! Ладно, фрицы тоже не враз все найдут (если, вообще найдут), но в каком виде он будет фронт переходить? В чужой одежке? Здравствуйте, товарищи особисты? Нет уж…

На первый взгляд, хутор казался покинутым.

Одна деталь – в доме открыты окна. Ну да, там четыре мертвяка лежат. Небось, немцы, когда его осматривали, окна и пооткрывали – запашок…

Нет.

Не могло там тогда ещё никакого запаха быть, всего-то ночь прошла. Не успели покойнички ещё завонять.

Тогда – не могло.

А сейчас?

А вот сейчас – там крайне неуютно.

Но ведь немцы могли их и повытаскивать? Могли. Только, зачем?

Хоронить?

Прислали бы родню этих негодяев. Те сами бы всё сделали. И тела бы вытащили и увезли…

Но не прислали – нет на дороге следов. Ни телега не проезжала, ни пешком никто не проходил.

Что, все четверо были бобылями-одиночками? Ни родных, ни близких не имели?

Все четверо?

Ну-ну…

Нечисто тут что-то выходит.

То, что в доме может быть засада, капитан не сомневался.