Закон торговца

«Они не стояли на коленях, – тихо прошептал внутри Перевозчика равнодушный голос. – Слишком смелые. Слишком люди. А теперь иди и выполни то, что обещал».

– Да, Повелитель, – кивнул Перевозчик и направился к выходу из зала. Ему больше не нужно было голосом отдавать команды своим людям. Он и так знал что одиннадцать его бойцов сейчас идут за ним так, словно они были частями тела одного организма. Впрочем, так оно и было. Хозяин Зоны оставил им лишь воспоминания о прошлой жизни. Всё остальное было другим…

Правда, не дойдя до выхода несколько шагов, Перевозчик остановился и обернулся.

Хозяин Зоны уходил обратно в свой мир так же, как и пришел. Через зыбкий портал, колышущийся на фоне сверкающей аномалии. Казалось, что Хозяин уходит прямо в Монумент, и это было очень красиво. Особенно развевающийся подобно плащу шлейф щупалец за спиной нового бога.

– Наше желание исполнилось, – пробормотал про себя Перевозчик. – Так пусть всё старое останется здесь, в этом зале.

– О чем ты, господин? – подал голос тот из бойцов, что стоял ближе всех.

 – Мы пока лишь чувствуем твои желания, но не умеем читать мысли, если ты этого не захочешь.

Перевозчик усмехнулся.

– Я о новом, которое всегда есть не что иное, как хорошо забытое старое. Теперь, когда мы стали другими, самое время сменить наши имена.

– И как же нам теперь звать тебя, господин? – почтительно поинтересовался боец.

– Харон, – коротко ответил Перевозчик.

– Ну и чего ты тут накарябал?

Я оторвал взгляд от надписи, которую старательно выводил до того, пока над моей головой не раздался знакомый неприятный голос.

– А чего не так-то? – обернулся я.

Позади меня стоял легендарный торговец Зоны по прозвищу Жмотпетрович, заглядывая мне через плечо. Не, так-то тет-на-тет его все Петровичем звали. Жмотпетровичем же – за глаза, ибо больно уж прижимист он был. Но дело свое знал туго, оттого среди сталкерской братии пользовался большим уважением.

И вот жизнь сложилась так, что с сегодняшнего дня я на него работал.

Кем? А фиг его знает. Подписчиком, что ли? Короче, свои романы подписывал, которые Жмотпетрович потом куда-то кому-то собрался продавать. Аж три штуки уже подмахнул, старательно выводя буквы авторучкой, которую давным-давно отвык держать в руках. И вот, стало быть, нагрянула ревизия.

– Я тебе сейчас объясню, чего не так, – хмуро сказал торговец, беря одну из тех книг, которые я только что отметил своей дарственной надписью.