Ученик якудзы

Если бы ему до этого сказали, что можно затрахать насмерть молодого здорового мужика, он бы, пожалуй, рассмеялся. Но сейчас…

– Ага, – кивнула Александра. – Отказывают или мозг, или сердце. Так что в Японии выбирай, с кем в койке будешь барахтаться.

Виктор отрешенно глядел в потолок.

– Слушай, – сказал он. – А тогда, помнишь, в подвале. Когда ты в меня из автомата целилась. Ты действительно собиралась меня… ну… того…

Александра рассмеялась.

– Как там говорил твой закадычный друг Афанасий? «Стрелять в человека, с которым пил, всегда тяжело».

– Афанасий тогда в меня не выстрелил, – медленно сказал Виктор. – Хотя мог… Слушай, а на кой я вам вообще сдался? Опыты на мне проводить будете?

– Это не мне решать, – ответила Александра. – Вот приедешь – и там расспрашивай, кто, да что, да зачем. А я – в душ.

Она слезла с кровати.

– Слушай, а что ты там тогда говорила насчет того, что потом придется типа киллером на вас работать? – сказал Виктор ей в спину.

– Так тебе ж не привыкать, – бросила Александра не оборачиваясь. – И на будущее, чтоб совесть свою успокоить, думай о том, что мочишь только очень нехороших людей. Сам уже понимать должен – кто ж хороших-то убивать будет? Кому они нужны, хорошие?

Она шла по коридору к ванной, а Виктор из комнаты смотрел на ее совершенную спину, ягодицы, ноги и думал, рискнет ли он еще раз лечь в постель с этой женщиной?

За Александрой закрылась дверь ванной.

– Да ну! – сказал Виктор, откидываясь на подушку и вновь втыкая взгляд в потолок. – Лучше уж наших Машек трахать. По крайней мере будешь знать, что тебя потрахом не завалят и дауном не сделают. Или не пристрелят ненароком.

Дверь ванной комнаты была дубовой и, как следствие этого, абсолютно непрозрачной. К тому же Виктор смотрел в идеально белый после евроремонта потолок, изуродованный дурацкой лепниной.

Он криво усмехнулся. Сам себя не обманешь и мыслями о мести идеологическому отцу потолочных наворотов от насущного не отвлечешь. Перед глазами навязчиво маячило загорелое тело Александры в облаке микроскопических осколков водяных капель, разбивающихся об ее упругую кожу.

– Одним словом, брешешь ты, Виктор, – констатировал кандидат в ниндзя.