Ученик якудзы

А то не жизнь, а сплошные неудобства на фоне феноменальных особенностей организма.

– Чуешь? – спросила темнота. И добавила после паузы: – Чем пахнет?

– Чую, – вздохнул Виктор. – Пахнет тобой, духами и проблемами.

И включил свет.

– Это хорошо, Витёк, что чуешь, – кивнула Александра. – Цудзигири не прошло даром. Хотя Стаса жалко. Иногда.

Она валялась на кровати. На ней был черный джинсовый костюм и сапоги того же цвета, снабженные острыми стальными каблуками.

– Да, прикольный был чувак, – согласился Виктор, снимая куртку и пристраивая ее на вешалку вместе с короткой железной дубинкой, замаскированной под сложенный зонтик.

 – Когда людей не мочил. А мочил он их, по ходу, практически всегда. Не своими руками, так чужими. К тому же, помнится, с некоторых пор ты меня уважаешь настолько, что из Витька я переименован в Виктора.

– Понятно, – усмехнулась Александра. – Как было отмечено ранее, после цудзигири вместе с финансовым подъемом у нас наблюдается подъем здоровой иронии и интеллекта. И самоосознания себя именно Виктором, а не Витьком.

– А у тебя, я смотрю, наблюдается резкий спад хороших манер, – сказал Виктор. – Чего в сапожищах на кровать залезла?

– Так сцена моего неожиданного появления эффектнее смотрится, – зевнула Александра. – Не нуди, Викто?р, не разочаровывай прекрасную даму. Лучше окажи ей достойный прием. Мы ведь полгода не виделись, мррр? Мог бы уж быть полюбезнее.

– И говоришь ты в той же манере, как и он, – проворчал Виктор, развязывая шнурки ботинок.

 – Стас помер, но дело его живет. Говори, с чем пожаловала?

– Соскучилась. Устраивает тебя такой вариант?

– Брешешь, – сказал Виктор, разгибаясь и втягивая в себя воздух. После странного происшествия в качалке грудь еще заметно болела. – На хрена фирму мне развалили?

Александра скривилась.

– Как был деревней, так и остался, – констатировала она. – И никаким цудзигири это не лечится. Что прикажешь с тобой делать, если по-русски не понимаешь? Позвонил бы людям по-хорошему – и договорились бы по-хорошему.

А так… Скажи спасибо, что башку тебе не развалили.

– Я в твоих диагнозах не нуждаюсь, – окрысился Виктор. – «Деревня»… Тоже мне, городская нашлась. Говори, чего надо, – и проваливай.

Неожиданно в глазах Александры мелькнул интерес. Ее и без того огромные кошачьи глазищи стали еще больше.

– Хмммяу… – пробормотала-промурлыкала она. – Так еще со мной никто не разговаривал. Не боишься?

– Чего? – устало спросил Виктор, подходя к кровати.