Закон монолита

Откровенно говоря, с шансами у нас было туго. То есть, не было их, тех шансов. Против двенадцати рыл в броне, вооруженных до зубов, наши два «калаша» – так, тьфу и растереть. Рудика с его пистолетом я в расчет не брал. Спир, конечно, хороший товарищ, и повоевать может при благоприятных для него обстоятельствах. Но в такой вот безвыходной ситуации, боюсь, толку от него будет немного. Ладно. Когда-то ж помирать все равно надо. Хрен с ней, с жизнью за кордоном, о которой я помню довольно смутно. Обойдусь без нее как-нибудь.

– Рудик, Рррык, валите-ка отсюда по быстрому, – бросил я сквозь зубы. – А я их отвлеку ненадолго.

И, поднявшись во весь рост из-за бруствера, дал подряд три выстрела из автомата, целясь в одну-единственную точку – в самый центр шлема командира «боргов»…

Средний бронекостюм пуля-«семерка» пробивает крайне неохотно. В упор еще да, прошьет, если войдет не в мощную грудную бронепластину, а, скажем, в шею или суставное сочленение. А вот с расстояния в пятьдесят метров начинаются проблемы.

Признаться, я не особо рассчитывал на успех. Думал отвлечь их главного, перекрыть обзор, пустив по стеклу шлема сетку трещин, пока Рудик со своим телохранителем умчатся подальше – они смогут, я видел, как носятся нео и спиры, человеку за ними точно не угнаться.

Но получилось лучше, чем я ожидал. Все три пули действительно вошли в одну точку – или близко к тому – и последняя из них все же пробила бронестекло.

Командир «боргов» дернул головой, попытался схватиться за лицо – и раскрошенное стекло под давлением ладоней провалилось внутрь шлема, откуда наружу выплеснулась густая кровавая масса. Понятное дело. Встретив серьезное препятствие, любая пуля начинает деформироваться и кувыркаться. Страшно подумать, что может сделать такая нестабильная в полете «семерка» с человеческой головой.

Впрочем, эта небольшая удача была лишь моим предсмертным аккордом. Пока я раз за разом жал на спусковой крючок, гранатометчик, стоявший слева от командира, уже поднимал свой РПГ – как и двое других, немногим позже сообразивших что происходит.

Я уже успел довольно живенько представить, что будет со мной, когда три ракеты ударят в поленницу, но тут первый гранатометчик… споткнулся. На ровном месте.