Якудза (сборник)

«Хорошо, что я на них с гиком-визгом не кинулся, – с облегчением подумал Витек. – Лежал бы сейчас вместо этого кекса с дыркой в башке… И хорошо, что вчера хоть и пьяный в дупелину был, а к дяде Коле в автосервис не поленился заскочить».

Он щелкнул зажигалкой.

– Вот тебе… и дежавю… – медленно сказал Витек.

Это был тот самый колючеглазый клон из палатки.

Только сейчас его глаза не были колючими. Они были закрытыми, и изо рта клона не переставая – как вода из забытого крана – тонкой струйкой лилась кровь.

Луна снова выползла из-за тучи. В ее свете кровь на бледном лице переливалась черным.

Общение с Севой Франкенштейном не прошло даром. Витек пощупал шею клона. Шея была холодной и скользкой от кожного сала. И в артериях под кожей уже не было жизни.

– Да, земляк, не рассчитал я маленько, – задумчиво сказал Витек. – Ну, считай, расквитались…

…Старую солдатскую саперную лопатку, купленную невесть когда у какого-то пьяницы на рынке, Галька брала иногда с собой на кладбище, когда ходила туда навестить могилы родителей – подровнять там чего, цветов посадить… Сейчас наличие оной оказалось как нельзя кстати.

Витек утер кровь с лица трупа, покряхтев изрядно, усадил его на пассажирское сиденье, пристегнул ремнем безопасности, сходил домой за лопаткой, оделся, спустился, завел машину и тронулся в путь.

Все это проделал он неторопливо и обстоятельно, как будто всю жизнь только тем и занимался, что перевозил на собственной машине еще теплых покойников. Вспомнилось Стасово: «И все-таки, что ты чувствовал? У всех оно по-разному.

– Да никак, – вслух сказал Витек.

И ведь действительно – никак. Быстро все как-то получалось, по необходимости и само собой. А насчет мук совести, про которые сестра любила говорить, насмотревшись слезливых сериалов… Витек прислушался к себе. Клеймо на плече побаливало чуток, еще кое-где на туловище места ударенные давали о себе знать. Больше ничего не мучило, не свербило и даже не чесалось.

– Ну и ладушки, – сказал Витек, выруливая на пустынное шоссе.

Труп оказался соседом беспокойным. Он то и дело норовил привалиться к Витьку и эдак интимно пристроить свою голову ему на плечо.

– А ты, часом, не голубой был при жизни, братуха? – хмыкнул Витек, пихая труп кулаком в челюсть. Тот хлюпнул чем-то и перевалился в противоположную сторону.

– Так-то лучше, – сказал Витек, прибавляя газу. Прямо по курсу уже надвигалась темная полоса леса.