Якудза (сборник)

На огромном пространстве этого зала не было навороченных тренажеров непонятного предназначения.

Здесь преобладали огромные штанги и гантели, и несколько огромных мужиков ворочали их, выдыхая с каждым движением полукрики-полухрипы, похожие на предсмертные стоны раненых медведей.

Справа от входа был установлен ринг, окруженный скамьями для зрителей. За скамьями довольно приличное пространство занимали разнообразных размеров и форм боксерские мешки и толстые доски, обмотанные веревками. Какой-то парень невероятной антропометрии сейчас лупцевал одну из таких досок голыми кулаками, а она трещала жалобно и грозила вот-вот переломиться надвое.

Половина зала была перегорожена толстой стеклянной стеной. Похоже, за ней был то ли тир, то ли полигон, откуда глухо слышалась беспорядочная стрельба. Несмотря на то что стена была вроде как стеклянной, за ней ни черта не было видно, так как стекло было мутным, в грязных разводах – то ли так было сделано специально, то ли его со дня создания никто не мыл.

Вообще, зал не отличался стерильностью. Витек, с малолетства приученный сестрой к чистоте и порядку (служба в армии только усугубила это качество), непроизвольно поморщился. Здесь стоял устойчивый запах пота, железа и еще чего-то сладковато-приторного. Это амбре начисто глушило попытки навороченной системы вентиляции облагородить атмосферу. Из предметов, напоминающих о цивилизации, только в углу зала стояло большое кожаное кресло, видимо, предназначенное для отдыха хозяина клуба в те моменты, когда тому хозяину не лень было бы тащиться в тот самый угол ради комфортного релакса.

Витек нашел глазами Стаса.

Хозяин «Пагоды» поднимал штангу на бицепс.

Гриф снаряда слегка прогибался под весом накрученных на него металлических дисков. Лицо Стаса было искажено гримасой злой боли, и страшно бугрились венами и каменным мясом его руки, грозя порвать лоснящуюся кожу.

Зрелище было жутковатым – и в то же время странно, первобытно красивым. Не было сейчас в лице Стаса ничего человеческого.

Витек оттянул было челюсть вниз, чтобы обозначить свое присутствие. И даже воздуха набрал, готовясь заорать сквозь грохот железа – вот он я, мол, звали? – но Александра шустро закрыла ему рот ладошкой.

– Мму? – удивился Витек.

– Нельзя, – прошептала она, тоже не сводя глаз с хозяина клуба.