Якудза (сборник)

Сейчас ты мне четко и без всяких экивоков обозначишь, чего ты больше всего хочешь от жизни на данный момент времени в данной точке пространства.

Витек подивился такой резкой метаморфозе. Только что был Стас этакий бандит – мафиози местного масштаба по лексикону и по повадкам – и вот, на тебе, «в данной точке пространства…»

Удивился, а потом призадумался.

А действительно, какое оно, это самое сильное желание?

Ухмыляющаяся личина Саида нарисовалась в воображении.

Витек скрипнул зубами. При воспоминании о Саиде потухшая под взглядом Стаса злость вернулась мгновенно.

– Грохнуть бы его на фиг, чтоб землю не коптил.

– Кого?

– Саида.

– Нормальное желание нормального человека, – пожал плечами Стас. После чего отставил в сторону свой стакан, порылся в баре и, вытащив оттуда необычной формы револьвер, положил его рядом с блендером. Потом покопался еще и присовокупил к револьверу два пластмассовых цилиндра с пулями.

– Иди и грохни, – спокойно сказал он.

Витек чуть стакан не выронил.

– Это… как? Это… я?

– А кто ж еще будет твои проблемы разгребать? – удивился Стас. – У всех сейчас своей головной боли по горло. Я тебе помогаю потому, что некоторым образом к этой истории имею отношение. Помог тебе раз, вот, помогаю и второй. Чем могу.

Витек тупо смотрел на револьвер. Не то чтобы ему не приходилось видеть оружия. В армии насмотрелся по самое «не хочу». Он медленно вникал в то, что предлагалось ему сейчас этим оружием сделать.

– Я не возьму.

– Не бери, – хмыкнул Стас, протягивая руку к оружию. – Тебе квартиру когда отдавать? Или отдал уже?

– Нет еще, – буркнул Витек.

– Значит, скоро отдашь. Ничего страшного. А остальные деньги отработаешь когда-нибудь. Может быть. Каким-нибудь местом. Или сестра отработает. Всеми местами сразу.

– Я передумал, – сказал Витек.

– Твое право.

Стас протянул Витьку оружие.

– Револьвер роскошный, эксклюзивный. Главное – надежный. Французский «Лефоше». Несерийный, сделан по индивидуальному заказу.

Револьвер холодил ладонь. Пальцы, словно в капканы, легли в отверстия кастетной накладки.

– Сомневаешься? – хмыкнул Стас, катая донышко своего стакана по крышке бара. – Это нормально. Это инстинкт самосохранения. То есть каждая тварь на свете жить хочет и, соответственно, не хочет делать того, что подвергает ее жизнь опасности.