Якудза (сборник)

Сказано бежать – беги, отстреливаясь, если есть из чего, так, чтоб пятки сверкали, слепя бликами сидящих на хвосте лиходеев.

Тут же совсем не к месту вдруг возникло в голове это самое «зачем?».

Витек утер с лица рукавом гипсовую пыль, шагнул назад, приподнял полог шатра и – нос к носу столкнулся с чернявым молодым человеком, судя по скорости его передвижения, страстно желающим в этот шатер проникнуть.

Возможно, что, не окажись на его пути Витька, и проник бы молодой человек, куда ему хотелось, и, глядишь, зажатым в руке автоматом воспользовался бы точно и профессионально – но, как говорится, знал бы где упасть, упал бы в другом месте.

Железо с едва слышным треском легко – ни в какое сравнение с только что резанным ковром – пропороло ткань дорогого пиджака и так же легко вошло в сердце, как входит шампур в кусок хорошо отбитой баранины.

То, что джигит мертв, Витек понял сразу. Возможно, даже раньше, чем понял это сам убитый, попытавшийся оттолкнуть неожиданное препятствие и вдруг понявший, что – все. Что вот эти равнодушные глаза – последнее, что он видит на этом свете. Витек тоже встретился глазами с джигитом – и увидел, как гаснет в них безумный огонь шахида. Может быть, медленнее, чем гаснет огонь в перегоревшей лампочке.

«Восьмой».

Абсолютно никакая мысль всплыла в голове Витька. А о чем еще думать в такие мгновения? Не о том же, что только что словно кто-то чужой, живущий в его теле, направил клинок именно в ту точку, от тычка в которую железным штырем человек умирает меньше чем за секунду.

«Восьмой…»

Вслед за этой мыслью всплыл бородатый анекдот про «восьмого». Витек хмыкнул, стряхнул мертвое тело со штыря и всадил его в тело следующего претендента на проникновение внутрь шатра.

Второй джигит, на бегу попытавшийся подтолкнуть в спину замешкавшегося впереди товарища, подтолкнул пустоту. Товарищ внезапно резко сполз на пол, и на месте его затянутой в черный пиджак спины оказалась летящая навстречу окровавленная заточка.

Но второй джигит оказался опытнее первого, уже подлетавшего к небесной базе Аллаха со сладкоголосыми гуриями.