Кремль 2222. МКАД

В нерв попал красномордый. Черт! Теперь хромать с неделю придется. Но это потом. А сейчас надо заканчивать, пока тупая, ноющая боль не парализовала ногу.

Башка опричника соломенной копной маячила на уровне живота. Правая рука Данилы скользнула противнику под подбородок. Захват левой рукой запястья правой – ну и шея у красномордого, еле руки сошлись – и вражья голова в «мертвой петле». Теперь всего-то делов осталось – напрячь бицепсы да чуть прогнуться назад.

Красномордый захрипел, забился в удушающем захвате, но Данила держал крепко.

И вдобавок, чтоб еще не получить кулаком по ногам или по чему еще, саданул пару раз коленом вслепую. Куда попадет, туда и ладно.

Опричник дернулся – и обмяк, кулем повиснув в петле, сплетенной из тренированных рук. Данила подержал еще ровно столько, сколько потребно, чтоб глубоко вдохнуть и не торопясь выдохнуть, – и разжал захват.

Красномордый мучным кулем рухнул на землю. Нормально. Главное – не убил, это точно. Отлежится с полчаса, глядишь, сам поднимется и до своих доковыляет.

– Шли бы вы сами на третий этаж дворца, ребята, коль вам в Потешном дворце стало жить тесно и не по чину, – сказал Данила опричникам, стараясь не показать, что с ногой у него не все в порядке. – Только артиллеристов не обижайте. Узнаю – каждому лично ухи надеру. Вопросы есть?

Вопросов не было. Лишившись вожака, опричники разом подрастеряли бравый вид и стали похожи на стайку откормленных кутят, потерявших мамку.

– Всё понятно, Данила Дмитриевич, уходим уже, – пробормотал ражий, синеглазый детина с саблей побогаче, чем у остальных.

Ему бы с таким розовощеким портретом в трактире девкам мозги пудрить, а не у дружины казарму отжимать.

– Ишь ты, отчество вспомнили, – хмыкнул Никита, отпуская рукоять меча. Из-за розового шрама, пересекавшего левую щеку от угла рта до уха, ухмылка получилась недружелюбной. При прошлом штурме Кремля копье нео распороло парню лицо, и лишь недавно зажила жутковатая с виду рана.

Опричники уходили спешно.

Попытались поднять вожака, слабо шевелящегося на земле, потом плюнули на это нелегкое дело и всей толпой менее чем за минуту скрылись за углом Дворца.

– Не аукнется тебе этот хряк? – поинтересовался Степан, высокий, худой и жилистый, словно сплетенный из канатов.

– Лучше так, чем если б мы эту ватагу мечами покрошили в фарш, – поморщился Данила. – Половина из них уже за сабли схватилась, да и вы, вместо того чтоб пинками олухов разогнать, давай мечи лапать.