Кремль 2222. Ховрино

– Неплохо, стаббер, – раздался голос справа. – Ну что, поиграем в прятки?

Слева что-то грохнуло, но Ион не отреагировал. Противник швырнул какую-то железяку с двойной целью: попадет в стаббера – хорошо. Не попадет – тоже неплохо. Авось противник кинется на звук, решив, что это враг за что-то зацепился и грохнулся на бетон. Кинется – и выдаст себя.

Но не прокатило. Опыта ночного боя Иону было не занимать. Специально тренировался с товарищами, иначе в первом же подземном тоннеле потолочники на фарш разделают. Потому тихие, почти неслышные шаги мечника, крадущегося в темноте, стаббер различил.

И легкое позвякивание металла о металл тоже. Вследствие чего, не открывая глаз, картинку себе нарисовал воображаемую, как этот тип пытается выбраться из темного цеха, нащупывая путь своими мечами.

Жалко было хорошего бойца, из него мог бы получиться неплохой стаббер. Но каждый человек сам выбирает себе путь. Так что выбора у Иона не было.

Стаббер присел и, оттолкнувшись обеими ногами, длинно и неслышно прыгнул вперед, занося «Легион» для невидимого удара.

Похоже, в последний момент мечник что-то почувствовал, разворачиваясь навстречу невидимой опасности.

Но сделал он это недостаточно быстро.

Широкий клинок ножа рассек кадык, пищевод и один из шейных позвонков, мгновенно лишив тело подвижности.

Снесенный Ионом, наемник рухнул навзничь, мечи выпали из безвольных пальцев. Умирающий попытался что-то сказать, но из располовиненной трахеи вырвалось лишь кровавое бульканье.

– Ты проиграл, – сказал стаббер, выдергивая нож так, чтобы на выходе лезвие вскрыло сонную артерию.

 – Это твой последний шрам. Мне правда жаль, что ты выбрал для себя не ту работу.

* * *

Настало время подвести итоги.

Охрана сына второго зама перебита, но сам Чугун удрал и теперь скрывается где-то на территории Зоны Трех заводов. Ничего, дальше Стены не убежит.

Теперь девушка…

Свет фонарика в руке Иона высветил ее фигурку, трясущуюся на бетонном полу. Ион скрипнул зубами. Стабберу не раз приходилось видеть изуродованные тела, но то были тела воинов.

Каждый из них знал, что может ждать бойца на выбранном пути, помимо воинской славы, радости битвы и эйфории победы.

Здесь же – совсем другое дело. Мало того, что эта девушка не была готова к подобному испытанию. Страшные раны, как физические, так и душевные, она получила не в схватке за свою жизнь. Для зверей, называющих себя людьми, она была просто безжизненным и безответным куском мяса на разделочном столе.