Спасатель

Непривычно? Так это только первое время так было. Ныне никто уже не возмущается.

А за подобные вещи мне можно спасибо сказать – приложил руку.

* * *

Ещё в самом начале всего этого дела, когда только решался вопрос – как вообще дальше жить, и состоялась эта встреча. Много кто на ней присутствовал, всех упоминать не стану. Были там, в основном, люди, которые реальное положение дел себе представляли очень даже неплохо. И немало сил вложили в то, чтобы его хоть как-то выправить, ибо практически ничего целого не осталось.

Всё, что имелось, было в той или иной степени подпорчено. Где капитально, так что проще всё заново отстроить, а где и не очень – только малость подлатать. И Старопетровск там рассматривался в основном как донор. Всяких дефицитных запчастей и сырья, какового у нас имелось в количестве.

Выпотрошили бы город – и хана ему. Все, кто на этот момент там оставался, обречены были бы на жалкое прозябание. Ибо жрать нечего, а выпустить такую толпу заражённого народа на волю… Проще уж ещё один ядерный фугас над городом подорвать – хоть не так жестоко будет.

Тогда на этом сборище (ибо советом я его назвать как-то вот не решаюсь) выступали многие. В том числе и розовощёкий обитатель подземелья, который меня тогда сюда снова и отрядил. Он особо долго не распространялся – попросту привёл реальные цифры запасов и пояснил готовность городских предприятий к работе.

– Короче, – подвёл итог Михеич. – Другого такого производственного кластера в стране нет – либо уничтожены, либо сильно повреждены во время войны.

Готовность предприятий Старопетровска к запуску – порядка 80 %. Требуется не так уж много усилий. Из плюсов – никто и никогда не будет ничего искать там. Соответственно, отпадают вопросы безопасности и обороны. Здесь и так всё это есть – и уже давно.

– А как быть с бандами и прочими… э-э-э… «бродягами», так? – поинтересовался один из оппонентов – бывший главный инженер серьёзного завода. Мужик вообще-то грамотный – мы потом с ним хорошо сработались.

Но это потом, а пока он был одним из самых рьяных оппонентов.

– Это – к нему! – кивнул в мою сторону розовощёкий.

– Работать будут, – поднялся я с места. – Ежели, разумеется, жрать охота. Кто не работает… ну, я думаю, всем и так всё понятно…

– Это же насилие! – возмутился кто-то с места. – Над больными людьми!

– Кто серьёзно болел – тот давно уже копыта отбросил. А кто тогда не помер – этот ни от какой работы не загнётся. Нет там слабаков – повымерли все.