Весна сменяет зиму

В щёку конечно! Я ж тебе как-никак в отцы гожусь!

– Хоть десять! Мне бы твоё спокойствие, Бран.

Они вдвоём начали перелазить из уничтоженной первой линии окопов сразу в последнюю, кругом были трупы, обороны почти не было, парк был перемолот, деревья скосило взрывами. Медивские танки вели беспорядочную стрельбу, строчили пулемёты и гремели взрывы. Рота Керма уже почти полностью полегла, оборону держали подоспевшие на выручку ополченцы Ирка. Они прикрывали отступавших добровольцев, которых осталось не больше десятка.

Бран посадил Китти в укрытие, около развороченного взрывом фонтана и, подняв с земли автомат, дал его ей. Оружие было в чей то крови и девушка испуганно отбросила его в сторону. Бран поднял его вновь и обтёр его своим рукавом, после чего вновь вручил его Китти и, отругав её словно ребёнка, пополз на встречу Керму.

Керм был не в себе, весь дрожал и громко ругался на всех, его лицо и руки были в крови, глаза обезумевшими. Бран взял его за локоть и начал помогать, ротный же заорал, словно сумасшедший и начал вырываться. После долгих попыток усмирить контуженого, доброволец влепил своему командиру такую звонкую пощёчину, что её услыхала даже Китти. От удара Керм немного успокоился и Бран поволок его в укрытие. Дотянув его до Китти, они принялись уже вдвоём волочить капитана в окопы ополченцев.

– Вы кто? – увидав их троих, спросил бородатый ополченец с охотничьей винтовкой в руках.

– Кто, кто! Свои, мать вашу, капитану нужна срочная помощь, он контужен и скорее всего, ранен, зовите медика. Срочно.

– Какой медик? У нас нет медика! У нас вообще не хрена нет, ждите, скоро гарнизонные подойдут. Пусть девка его осмотрит, а ты бери автомат и стреляй, пока эти суки вновь в атаку не пошли.

– С нашей роты ещё живые есть?

– Да человек пять переползло, остальные уже отмучились, медивов слишком дохрена, мы и часу не продержимся.

Китти принялась осматривать Керма, его руки были посечены мелкими осколками, раны сильно кровоточили, правая нога была прострелена на вылет в районе голени. Она порвала его китель на тряпки и принялась перематывать его руки, капитан же бредил и нёс несвязную чепуху, про жену и дом.

– Терпите, пожалуйста, терпите, всё будет хорошо, Керм.