Весна сменяет зиму

Мурзан очень хотел дать им лучшее образование и вырастить с них лидеров будующего поколения котивов. От того и посоветовал эту женщину.

Маунд заглянул в детскую. При слабом, синеватом свете ночника, он разглядел две кровати, в которых спокойно спали и видели сны два его сына, Рин и Мурзан младший. Рину было тринадцать, он был активным и умным мальчиком, интересовался точными науками и в свободное время занимался в инженерных кружках. Его часть комнаты была увешана многочисленными грамотами, которые он заработал не благодаря своему родству.

– Как же я по вам соскучился. – шёпотом произнёс он.

В звенящей тишине раздались несколько звонких ударов в дверь. Маунд быстро подскочил к ней и спросил:

– Кто?

– Мурзан Маут, отец твой.

– Конечно же!

Маунд отворил дверь, и в прихожею вошёл Мурзан, по нему видно было, что он не спал с момента окончания совещания. Вид его был уставшим, а глаза покраснели от лопнувших капилляров.

– Тебе чего не спиться? – сказал сын.

– А почему бы отцу не прийти в гости к сыну? О привет Галия! – кинул Мурзан выплывшему из мрака женскому силуэту. – Чего вам не спиться?

– Поспишь тут, товарищ, когда два Маута в четыре ночи шарохаються!

– Мы с сыном уйдём в кабинет и не станем вам мешать.

Отец с сыном удалились в кабинет и прикрыли дверь. Не смотря на долгое отсутствие, всё здесь было, как и несколько месяцев назад, все бумажки лежали на своих местах, везде была протёрта пыль, и цветы на подоконнике политы.

Маунд уселся в кожаном кресле, что противно заскрипело. Вытянул ноги и откинул голову, отец присел, напротив, на маленький, гостевой диванчик, чёрного цвета.

– Будешь чаю? – спросил сын.

– Да не надо чаю, я бы чего покрепче, да и к тому же за столько времени на фронте ты уж наверняка позабыл, где у тебя чай! А водка у тебя всегда в шкафу стоит, я тебя знаю. – усмехнулся Мурзан. – Только давай чистую, без вкусов. Терпеть не могу все эти фруктовые извращения.

– Ну да ты прав. Давай лучше водки. Тем более, когда мы в следующий раз посидим как отец с сыном, всё чаще ты товарищ главнокомандующий, а я товарищ генерал.