Ренард. Книга 3. Зверь, рвущий оковы

– Как оставь? Как оставь? Здесь же явная ересь и тёмная волшба! – не на шутку возбудился дознаватель.

– Да какая там волшба? – миролюбиво прогудел Блез. – Подумаешь, блюдечко с молоком на ночь оставили, подкормили корочкой хлеба. Где тут ересь? А домовёныш в благодарность отрабатывает, ему только в радость. Испокон века так было. Не тебе менять.

– Я доложу…

– Доложи, – беззаботно отмахнулся Блез. – Что там дальше?

Модестайн вспыхнул, покрылся алыми пятнами, но спорить не стал. Вернулся к доносному списку.

– Местные девки с зелигенами знаются, – прочитал он по бумажке, спотыкаясь на корявом почерке Огюстена.

– Как есть знаются, – снова влез тот и размашисто перекрестился. – Вот тебе в том истинный крест. Танцуют, песни поют, веселятся. Сам видел, своими собственными глазами.

– Слышь, распутник ты старый, ты бы за девками подглядывать перестал, – недобро прищурился Гастон. – Мужики прознают, поднимут тебя на вилы или дрекольем отходят, чтобы знал. А то и чучело сделают.

– А я чё? Я ничё, – испуганно засуетился староста. – Я ж ить эта… По наущению его преподобия… Для пользы, так сказать, общего дела.

– Вот и будешь для пользы общего дела ворон распугивать на чьём-нибудь огороде, – хохотнул Блез, потом посерьёзнел и сунул под нос мужичонке кулак. – Смотри у меня, чтобы я про такое больше не слышал. Что там ещё, дознаватель?

– В соседней деревне привечают ундин, а те в благодарность портят сети рыбаков из Исевра, – прочитал Модестайн и с неприязнью посмотрел на Псов.

– Достаточный, – нахмурился Блез и кивнул на старосту. – Тоже он обнаружил?

– Я. Кому же ещё? – тут же встрепенулся тот. – Шемонские нам и раньше вредили, а теперь вот с помощью нечисти. А наша деревня убытки терпит. Я, как староста, должон прекратить.

– Ох, совсем озлобились люди и не ведают, что творят, – тяжело вздохнув, проворчал Бородатый.

– Ничего не клепают, – обиженно надулся староста. – Есть тут ундины. Могу сети дырявые показать.

– Да никто и не говорил, что их нет, – весело осклабился Гастон. – Просто ты хочешь чужими руками соседям насолить. Ундин науськать нельзя, для них любой человек – добыча. А сети они рвут, только когда сами запутаются.