Исповедь задрота 2. Игра по-крупному

Минут десять, а может и полчаса, она лежала тихо как мышка, а потом ее тело расслабилось, и уже через несколько минут я услышал тихое посапывание.

Утром я встал раньше Карины, нашел на кухне кофе и заварил его прямо в чашке. Когда я его пил, она, улыбаясь, появилась в дверном проеме в домашнем халатике и заварила себе чай. Уже через полчаса мы молча поцеловались на прощание, и я исчез снова из ее жизни.

Входя к себе домой, я кинул ключи на зеркало в прихожей и тут же раздался звонок в дверь. Я открыл, на пороге стояла Вера.

Она молча прошла в квартиру и положила на пол спортивную сумку, оставив дамскую на плече. Потом села на пуфик и тяжело задышала. Я присел рядом с ней и поднял ее лицо за подбородок. По щекам Веры текли слезы.

– Зачем ты так? – Всхлипывая, спросила она.

– Ты о чем? – В ответ спросил я, понимая, что разговор легким не будет.

– Разве она лучше меня?

– Кто?

– Та, у кого ты был сегодня ночью.

– У кого я был?

– Я приехала вчера, когда ты отъезжал. Я не успела выйти из такси.

Я поехала за тобой. Ты остановил машину у какого-то дома и исчез в подъезде. И до утра не появлялся.

– Ты просидела в такси до утра?

– Не важно! Ты мне изменил?

Я взял паузу. Все тело словно наполнилось маленькими иголочками. Говорить или пытаться врать? Но, с другой стороны, кто она мне? Не жена и даже не невеста. Никаких планов совместных мы не вынашивали. Да, нас что-то связывало. Что-то особенное, чего не было ни в одной из женщин, с которыми я встречался.

Но стоило ли это того, чтобы соврать и попытаться сохранить отношения? Или сказать правду и сохранить.

– Да, я провел ночь с другой женщиной.

– Я так и знала, – слезы потекли с новой силой. Но уходить или хлопать дверью она не торопилась. – Почему?

– Что почему?

– Почему ты сделал это? Чего тебе не хватало?

– Дело не в тебе. Дело во мне. Мне хотелось знать, что я востребован кем-то еще. Наверно, глупая причина, но так оно и есть.

Вдруг слезы на лице Веры высохли. Она достала из сумочки платок и аккуратно промокнула глаза, а потом вытерла нос.

– И что ты теперь намерен делать? Как мы будем жить?

– Мы? – Удивился я. – А когда появились мы? Ты приходишь и уходишь, когда хочешь. Но теперь вдруг говоришь "мы". Я ничего о тебе не знаю кроме имени и количества родинок на теле. Разве хоть когда-то были мы?

– Были. Постоянно. Просто ты этого не замечал.

– Не придумывай.

– Я ничего не придумываю. Просто не умею этого делать.