Шаг в бездну

По счастливому стечению обстоятельств они не получили отравления. Собрав столько, сколько могли унести, они двинулись дальше. Вскоре они добрались до одиноко стоящего старого дерева, на ветвях которого сейчас и находились.

– Ну что там? – спросил Френк – Улетел?

– Нет. Всё парит и не думает сдвигаться с места, чёрт бы его подрал.

Френк достал из кармана огурец и с отвращением на него посмотрел. Они ели их уже четыре дня – после одного взгляда у обоих пропадало желание есть, но всё же они их ели, чтобы хоть как-то восполнить теряющуюся жидкость в организме.

– Если бы я знал, что у меня будет салатная диета, ни за что бы не поехал в этот раз, – со вздохом протянул Френк, – и ладно бы салат… одни огурцы! Я уже смотреть на них не могу.

– Я тоже. Но разве ты видел что-то другое, что можно было бы съесть? Здесь даже нет хреновых кузнечиков. Одна трава, да и та горькая до невозможности. Чёрт… хорошо же мы с тобой влипли.

– Можешь не говорить, – отмахнулся Френк, скорчив усталую мину. – Ух… мне кажется, спина у меня уже приняла форму этой долбаной ветки.

Хоть бы попалось какое-нибудь селение, если здесь они вообще есть…

Ленс подполз к Френку и прислонился спиной к толстому стволу дерева, постаравшись расположиться как можно удобнее. Они плохо спали, почти не ели, и всё время держали путь на север. Без компаса они понемногу сбивались с пути, хотя и ориентировались по солнцу и природным ориентирам – как ни странно это здесь тоже работало.

Шелест листьев и тихий, почти незаметный шорох травы.

Это единственные звуки, которые здесь были. Даже эти шары летали совершенно беззвучно. Какое-то время они просто сидели молча, слушая эти единственные звуки, стараясь не обращать внимания на постоянно ноющее чувство голода и жажды. Во всяком случае, они пытались не обращать на это внимания.

Ленс хмыкнул.

– Представь, что мы – единственные люди здесь. Во всем этом долбаном мире. И единственные его обитатели – эти самые шары. Мы ведь кроме них никого и ничего не встретили. Единственные следы человеческой или похожей цивилизации мы оставили далеко позади.

Остатки того парка. – Он помолчал. – Думаю, к этому миру они имеют такое же отношение как Папа Римский к рок-н-роллу. У меня мурашки по спине бегут от таких мыслей, но ведь это вполне возможно. Я бы сказал, более чем!

Френк молча смотрел на него.

– А ещё я думаю, – продолжил Ленс, – что вероятность нахождения очередного портала… или перехода – как угодно… вероятность эта ничтожно мала.