Картофельный обряд

Внизу – красным рубленым шрифтом: «Вовремя убирайте картофель!» «Время разбрасывать камни и время их собирать», – вспомнил Овер, машинально и рассеянно играя на скрипке, но не слыша Моцарта, погрузившись в тяжелые думы, груженый ими. Кедров вовремя посадил свой картофель, вовремя занялся бизнесом; и вот теперь он пожинает плоды: ест камчатских крабов и пьет дорогое французское вино. А Овер играет ему ре мажор Моцарта. А когда исполнит ре мажор, он будет исполнять до мажор Моцарта. «Почему я не Кедров? – думал Овер, пожирая глазами рыбу фугу, белые трюфели, фриттату с лобстером, английский пирог с мраморной говядиной а так же рыжеволосую спутницу Кедрова.

 – Что со мной не так?» – спрашивал себя Овер и не находил ответа.

Он вспомнил об ипотеке, которая тяжким грузом висела на нем, – как ее выплачивать? Где взять деньги? – и так расстроился, что вместо квартета ре мажор Моцарта стал играть квартет ре мажор Гайдна.

Альтист Плохово, виолончелистка Виола Бауфал, флейтистка Анастасия Дзись с обескураженным видом уставились на Овера.

Бауфал и Дзись растерянно переглянулись и посмотрели на седовласого Плохово, который смахивал на Башмета. Плохово успокаивающе кивнул им и что-то тихо-тихо сказал. Они кивнули в ответ. И вот альт, виолончель и флейта подхватили и заиграли Гайдна. Худощавая Дзись со светлыми, приглаженными волосами, перехваченными серебристым гребнем, опять закачалась и стала походить одновременно и на факира и на кобру, которая, извиваясь, вытягивается из сосуда под музыку флейты и раскрывает свой капюшон.

Кедров в который раз посмотрел на Овера, как на пустое место. Рассеянным взглядом скользнул по скрипачу так же как по угловой консоли или по «Вовремя убирайте картошку!» Кедров явно не узнал Овера. Или сделал такой вид. «Что тебе пусто было!» – мысленно пожелал Овер Кедрову и поймал себя на том, что пусто не Кедрову, а ему самому. Овер сбился и вернулся к ре мажору Моцарта. Виола и Настя в замешательстве переглянулись, посмотрели на Плохово.

– Да что с тобой? – громким шепотом спросил он у Овера.

Но тот, погруженный в мрачные думы, не услышал альтиста. Вздохнув, Плохово кивнул виолончелистке и флейтистке. Они кивнули Плохово и вернулись к Моцарту…

Завр вместе со своими сторонниками и сестрой Диной сидел по правую руку от Кедрова. Он угрюмо поглядывал на Кедрова, который восседал в главе стола на стуле, похожем на трон и сиял, радуясь своему успеху. Перед Завром стояла тарелка. В ней был стейк Рибай Вагю с тушеными овощами.