Союз Аполлона

Затем она забралась под одеяло в мягкую кровать, и как только голова красавицы коснулась подушки, – на счет три, ее плотной волной накрыл беспробудный сон. Проснулась Вика в прекрасном тонусе, умылась – прихорошилась, и спустилась на завтрак в уютный ресторанчик. В зале все столики были заняты, и взгляд карих очей остановился на седом мужчине с лихо закрученными усами. Он сидел в одиночестве за столом в углу и маленькими глоточками пил кофе, просматривая какие-то бумаги.

– У вас не занято? – спросила Вика.

Увидев перед собой смуглую красавицу, мужчина привстал и, на мгновение зажмурился, словно от лучей солнца:

– О! Прошу!

– Данке, – она присела и в смущении отвернула голову в сторону зала.

– Битте, – с нескрываемым восхищением разглядывая красавицу, произнес немец. – Генрих фон Шнитке!

Шнитке являлся владельцем этого огромного отеля. Его жена около года назад умерла, и вдовец, заглушая боль утраты, все свое время посвящал гостиничному делу. Рано утром он приезжал на работу, делал разгон администратору, затем шел на кухню и там тщательно заглядывал в каждую кастрюлю.

После этого он садился за столик и пил кофе, просматривая счета.

– Виктория Гончарова, – сдержанно ответила девушка, взяла в руки меню и принялась искать в нем знакомые названия блюд.

Счастье, впрочем, как и несчастье, шли рука об руку с ней по жизни.

Великолепие одесситки не на шутку привлекло внимание вдовца. Очаровательная усмешка, лебединая шея на античных плечах, шикарные черные волосы, заплетенные в косу, произвели на него неотразимое впечатление.

Он шепнул официанту, принимающему заказ у Вики, – гарсон кивнул и вернулся с бутылкой французского красного вина.

– Завтрак и вино, прекрасная Виктория, за счет заведения, – хозяин как дирижер взмахнул руками, и официант тут же наполнил бокалы.

Затем Генрих встал и произнес длинную, пламенную речь на родном языке. Он с вдохновением говорил о неземной красе девушки и о том, что как хозяин заведения благодарен ей за правильный выбор отеля.

Девушка ничего из произнесенного монолога не поняла, но бокал подняла и вино выпила. Завтрак быстро подошел к концу и Вика, как истинная леди, не доев и не допив, встала, оборвав барабанную речь фон Шнитке.

– Данке, Генрих.

– Виктория, приглашаю вас отужинать со мной, – владелец отеля на всякий случай заговорил на английском, так что бы было наверняка – в десяточку. При этом он слегка покраснел, кидая томительный взор надежды на очаровательную смуглянку.