Псих. Тихая жизнь курсанта

 – Напомнить, чем все закончилось?

– Нет, – тихо прошептала Оля, опуская голову и обнимая руками свои поникшие плечи.

– Я тебе уже говорил. Ты путаешь свое сексуальное влечение с любовью, – осуждающе покачал головой профессор. – К тому же вряд ли в этот раз твои чувства продлятся долго. У парня очень серьезное повреждение нервных окончаний в теле и критическое повреждение тканей мозга. То, что он до сих пор жив, уже само по себе чудо. Я, конечно, стабилизировал его состояние, но к чему это в итоге приведет, я не знаю.

– Что вы имеете в виду? – резко охрипшим голосом выдавила из себя Оля.

– Как минимум он потеряет память, – тяжело вздохнул профессор. – Как максимум – превратится в овощ.

– Неужели ему нельзя никак помочь? – дрожащими губами произнесла Оля.

– Почему же нельзя? – нахмурился в ответ профессор. – Можно. Вот только ни у меня, ни у тебя нет таких денег. Нужные препараты слишком дороги.

– Так вся проблема только в деньгах? – изумленно уставилась она на него.

– Ты сейчас серьезно? – удивился в ответ профессор и, прочитав в ее глазах решимость, обреченно вздохнул. – Восстановление мозга обойдется в четыреста тысяч, а восстановление тела еще в двести пятьдесят. И это без учета моей работы.

– Я сейчас, – выпалила Оля и рванула с места, бросив мельком: – Ждите здесь.

Профессор недоуменно проводил ее взором, но ничего не сказал. Впрочем, еще больше он удивился, когда через пару минут, дыша как загнанная лошадь, Оля ворвалась со спортивной сумкой в руках.

– Вот! – со счастливой улыбкой на лице Оля протянула пачки денег профессору. – Здесь шестьсот пятьдесят тысяч.

– Хм. Однако, сильно, – растерянно покачал он головой. – Откуда у тебя эти деньги?

– Смольнов работку подкинул, а я с Димкой ее выполнила, – смутилась в ответ Оля, отводя взор в сторону.

– То есть остальные деньги – это его доля? – кивнув на сумку, спросил профессор.

– Почти, – резко загрустив, ответила еще тише Оля, стараясь не смотреть в глаза наставнику.

– Сколько ты взяла из его доли? – понятливо и тяжело выдохнул профессор.

– Сто пятьдесят, – еще тише пробормотала Оля, но тут же оживилась и резко и требовательно добавила: – Я сама с ним разберусь. Главное, что деньги есть, и Димку можно вылечить.