Судьба наизнанку

– Хорошо, что ты осталась – Олег попробовал свести руки, тонкая льняная ткань жалобно затрещала – представляешь: возвращается муж с работы, а в избе незнакомый мужик в его … – Олег не смог вспомнить, как эта одежда называлась – футболке.

– В исподнем – в глазах Вероники заплясали весёлые чёртики

– Тем более. А что это было?

– Что? – чёртики запрыгали ещё веселей

– Клятва ваша и это … – Олег не смог подобрать слова – ну, то, что здесь было.

– Ты смог убрать эволо родовой клятвы – чёртики в глазах Вероники остановились и задумались.

– Какого такого вола? – удивился Олег.

– Эволо – сделав ударение на 'Э', сказала Вероника – я очень прошу тебя: никому и никогда не рассказывая о том, что сейчас увидел и услышал.

– А если расскажу? – Олег вплотную подошёл к Веронике, окунувшись в лавандовое облако её духов. Она запрокинула голову и посмотрела ему в глаза. Чертики в её глазах снова начали свой весёлый танец.

– Заколдуешь? – он обнял её за талию. Вероника, хитро улыбаясь, ещё более запрокинула голову.

– В жабу превратишь? – она привстала на цыпочки, обняла Олега за шею и закрыла глаза. В лавандовый запах вплелась новая нота, заставляя учащённо биться сердце.

Поцеловаться они не успели – по крыльцу затопали шаги, уже знакомые лёгкие Полины и более тяжелые – её отца. Вероника выскользнула из объятий Олега и пай-девочкой уселась на лавку, сложив руки на сомкнутых коленях. Олег так и остался стоять у печного угла, когда в горницу буквально ворвались отец с дочерью.

Фёдор Кузьмич оказался худощавым светлым шатеном на полголовы ниже Олега. Типичная славянская физиономия с прямым небольшим носом и серыми глазами. Довоенная железнодорожная форма сидела на нём как влитая .'Не мускулистый, а какой-то жилистый' – подумал Олег, когда они поздоровались.

– Это Вероника – представил Олег свою спутницу. В родственные связи до возвращения Антонины он углубляться не рискнул. Пускай сами разбираются.

– Полина мне пыталась рассказать, но я так ничего не понял – осторожно сказал Фёдор, поглядывая то на Олега, то на спящих, на печке деток – какие-то марсиане на машине времени лучами смерти сломали нашу железную дорогу.

По лицу Фёдора было видно, что в дочерин рассказ он не особо верит, а вот присутствие в доме ранним утром незнакомых людей в странной одежде его сильно напрягает.