Свет за облаками (сборник)

* * *

После того случая что-то неуловимо изменилось в отношениях возлюбленных. В разговорах они обходили эту тему стороной, хотя каждый часто думал о полученном ими новом опыте.

Адамису почему-то стала неприятна их с Иветтой нагота. Она перестала казаться ему естественной, и ему хотелось чем-то прикрыть их обнажённые тела. Он вообще старался не смотреть больше на плоть Иветты, пытаясь вновь научиться видеть лишь её душу. Однако это удавалось ему с больши?м трудом. При каждом невольном прикосновении к любимой он чувствовал, что в нём снова зарождается страстное желание обладать ею.

Иветта замечала, что Адамис пытается не глядеть на неё и не прикасаться к ней. И ей всё чаще и чаще стала приходить в голову мысль: «Неужели я настолько безобразна, что ему неприятен даже сам вид моего тела?» Она стала задумываться над тем, как она выглядит для Адамиса. Конечно, он её любит, в этом Иветта не сомневалась, но нравится ли она ему такой, какая она есть, вместе с телом и душой? Почему он избегает контактов с ней, почему не хочет снова слиться воедино, ведь им было так хорошо тогда? Или всё-таки лучше было бы вернуть прежние отношения, когда плоть отступала на второй план, и они любовались красотою душ друг друга? Иветта не знала ответы на все эти вопросы и мучительно пыталась разобраться в себе и своих отношениях с любимым.

* * *

Сын гор как будто поджидал их. Когда влюблённые вышли на его полянку, он сразу же выскочил из-за своей Стойки и устремился им навстречу. Похлопал подошедшего к нему Адамиса по плечу и озорно подмигнул Иветте, отчего та сразу же залилась краской.

– Вижу, джигит, что стал ты настоящим мужчиной! Что наконец-то познал свой женщин! – И Горец опять запел свою песню:

Закипела молодая кровь,

Этой ночью родилась любовь.

Столько было жару и огня,

Но наутро сел он на коня.

– Да, всё так, – несколько смутился Адамис. – Но я не уверен, что это благо.

– Вай-вай, джигит, красавицы обнимешь тонкий стан, и улетишь от счастья прямо в рай! Как не благо любовь к женщине!

– Я и раньше любил Иветту, но эта новая любовь какая-то… – Адамис тщетно пытался подобрать слова.

– Какая-то неправильная, ты хотел сказать? – подсказал Горец.

– Не знаю, – честно признался Адамис.