Радио Судьбы

Его покойная матушка умудрялась из вонючей ливерной колбасы сделать замечательный паштет, а картошку могла приготовить двадцатью различными способами, не меньше. Для нее всегда было делом чести накормить мужчин – мужа и сына – чем-нибудь повкуснее и посущественнее бутербродов с чаем.

Джордж открыл холодильник, оценивающим взглядом окинул его белые внутренности – обширные и холодные, как дворец Снежной королевы. Ничего особенного. Яйца. Два помидора. Пучок зелени. Петрушка и кинза. Подойдет.

– У тебя чеснок есть?

– Чеснок? – «Дорогая» глупо хихикнула.

Именно глупо – почему-то с этого самого момента она стала его раздражать. Ему уже хотелось побыстрее сесть на свой «Урал», который он оставил вчера на платной охраняемой стоянке в соседнем дворе (вот это он помнил абсолютно точно. Байк – это не мелочь. Это не имя малолетней блядушки. Байк – это байк), завести его и поехать куда-нибудь прочь. Куда глаза глядят и куда колеса несут.

– Что? Раннее начало половой жизни вызывает глухоту? Я сказал «чеснок».

Он обернулся и пристально посмотрел на нее. Под его взглядом девушка съежилась и зажала голые руки между коленями.

– Но… Чеснок?.. В такую жару?

Он удивленно выглянул в окно, словно только сейчас заметил, что на улице июль. Шестнадцатое число, и страшная жара – с самого утра.

– В ТАКУЮ, – с нажимом повторил он. – В ТАКУЮ, детка.

– Но ведь… – Она говорила еле слышно, опустив голову, пораженная его внезапной переменой. – Будет пахнуть… Отрыжка…

– Ты что, собираешься с кем-то целоваться? Она пожала плечами.

– Послушай. – Он достал большую сковородку и поставил ее на плиту. – Мне нужен чеснок, только и всего. Запаха не будет, успокойся.

Она снова оживилась:

– Кажется, в овощном ящике есть немного.

Он открыл ящик, покопался в хрустящей шелухе и извлек целую головку ядреного чеснока.

– Смотри. – Он быстро чистил ароматные зубчики. – В чесноке пахнет только сердцевина. Если ее вырезать, запаха не будет. Запомнила?

Она кивнула.

«Черт знает что. Она что, прогуливала уроки домоводства в школе?»

Джордж резал отливавшие перламутром зубчики вдоль и извлекал из них желто-зеленую сердцевину. Затем он взял два помидора и нарезал их кружками в палец толщиной.

Зажег конфорку, поставил сковородку и бросил на нее кусок сливочного масла. Когда масло растаяло и стало шипеть, он убавил огонь, бросил помидоры и подождал, пока они подрумянятся снизу. Затем быстро перевернул их и залил яйцами.