Сад зеркал

– И не нужны никакие состязания? Можно просто хитрить, изворачиваться змеёй, скрываться, врать, а за это получить лучшую женщину рода! Мне тоже так можно было, да?!

– Если ты не прекратишь орать, – ласково говорит Адития, – я скормлю тебе твоё собственное сердце.

Я немедленно прекращаю орать. Не знаю, может, она и способна на такое. Говорят, один из Старейших, Грыджжый с юго-западного берега, однажды оживил мертвеца, а другой, Бад’ша, живьем вырвал хребет у древ-него из другого рода, который хотел украсть его соль.

– Кто мешал тебе подумать о пещере? – спрашивает Адития. – Кто мешал тебе позаботиться о своей женщине, не дожидаясь, станет она лишь твоей или нет?

Но так никогда не делается! Это нечестно!

От избытка злости я рычу. Рычать Адития не запрещала.

Старейшая оборачивается ко мне половиной тела, и я вижу на её лице нетерпение, озабоченность и досаду. Я не должен находиться здесь, я это понимаю вдруг очень ясно, и мне делается неловко, потому что я вижу что-то, не предназначенное для меня.

– Иди отсюда, Тимд’жи. Иди, пока я не выгнала тебя пинками и не запретила участвовать в состязаниях.

Мне хочется еще раз наорать на Старейшую, но я не уверен, что в Озёрном крае найдется много древ-них, которые проделали подобное дважды и прожили достаточно долго, чтобы осознать это. Поэтому я заставляю себя сделать глубокий вдох и немного постоять, глядя вверх, в купол из больших листьев Древа.

Я хочу сказать Адитии, что Джа’кейрус обещал принести две головы агонгов, и это звучит еще страннее, чем весть о подготовленной им пещере. Но Старейшая не должна слышать слов, что произносятся у костров на лугу. Про пещеру-то она не могла не знать, а агонгов Джа’кейрус собирается убить без её потворства. Наверное.

Мой взгляд скользит по ковру мха, подсвеченному молодыми ветвями, и я вижу, как пальцы Адитии нервно погружаются в этот мох.

– Иди обратно, Тимд’жи, – сердито говорит она.

И я не спорю. Почтительно наклоняю голову и отступаю в темноту, исподлобья еще раз оглядывая ковер мха.

И я вижу, что это действительно ковер вроде тех, что продают торговцы-люди, это ковёр из земли, а мох растёт на нём, а вовсе не под корнями Древа. Я увидел, где заканчивается этот ковер, когда Адития вцепилась в мох пальцами. Я вижу, что из-под корня торчит подвявший лист гуннеры.