Метро

Они разлетались во все стороны, словно брызги шампанского, сыпались за воротники, резали лица, попадали в глаза…

В тоннельном перегоне начинался ад, но люди, угодившие в ловушку, даже представить себе не могли, что их ждет впереди.

* * *

Константинову все меньше и меньше нравилась эта затея с метро. Стоило признать, что так иногда бывало – он все-таки оказывался неправ. Редко, но бывало. Похоже, сейчас был именно такой случай.

Во-первых, ему оттоптали все ботинки, и, будь они из обычной кожи, это не представляло бы никакой проблемы.

Но он надел замшевые.

Дорогие хорошие ботинки, которые купил в Лондоне. Из темно-коричневой, будь она неладна, замши.

Впрочем, сам виноват. Метро в час пик и "Мерседес" в час пик – это все-таки большая разница. Естественно, он догадывался об этом и раньше, но никак не мог предположить, что сюда лучше спускаться в грязной робе и кирзовых сапогах.

"Кстати, это мысль, – подумал он. – Тогда бы на меня меньше наседали – боялись бы испачкаться.

А так – прут все, кому не лень".

Константинов подумал, где он сможет почистить свои замшевые ботинки, и не нашел ни одного подходящего варианта.

Во-вторых было еще хуже, чем во-первых. Он начал потеть.

Константинов знал за собой такую особенность – он всегда очень сильно потел, но сейчас это принимало просто катастрофический размах.

Потный бизнесмен – это жалкий бизнесмен. Тогда в его облике появляется что-то человеческое, и окружающим становится понятно, что не все в этой жизни зависит от него.

Разве можно иметь дело с партнером, не способным контролировать даже собственные подмышки?

Константинов начал злиться. Он чувствовал, как по спине бегут тонкие струйки. Наверняка и на воротнике рубашки появится мокрая полоса.

Он полез в пальто за платком, и в этот момент его кто-то толкнул – так резко, что он чуть не оторвал карман.

"О, черт!".

Константинов представил себя выходящим на "Пушкинской". Мокрый, как мышь, в грязных ботинках, с оторванным карманом…

"Лучше уж сразу развернуться и поехать назад.

Позвонить чиновнику и сказать, что встреча отменяется по уважительной причине. Например, мне только что отрезало обе ноги… но не извольте беспокоиться, уже завтра я прискачу – на новеньких протезах".

Это было совсем не смешно.

Но его злоба отошла на второй план, стоило ему вспомнить белокурую девочку в ярко-синем дождевичке. Его снова стали терзать сомнения.