Сын ворона

– Сдается мне, что ты, торговец, хочешь расплатиться за свою жизнь чужим добром. – Нахмурился Радомир. – И кто ты после этого?!

Роарг положил руку на плечо купцу:

– И что, богатое вено?

Глаза Купца округлились. Он начал говорить быстро и горячо:

– Это самое большое вено из всех! Золото, платья, драгоценные камни. Книги! Очень редкие книги. Наше Солнышко любит книги, это всем известно.

– И ты знаешь, когда и по какой дороге они пойдут?

– Знаю, знаю! И когда и где.

– Хорошо! Можешь считать, что ты выкупил свою жизнь.

Роарг широко улыбнулся и по-приятельски хлопнул купца по плечу. Купец перестал дрожать и успокоился, – опасность миновала. По крайней мере, пока.

– Роарг! – лицо Радомира налилось кровью от гнева. – С каких пор ты стал считать, что решения здесь принимаешь ты? Пока что вождь я. Обоз наверняка хорошо охраняется. Это слишком большой риск.

Пленник снова поник, его плечи опустились.

Роарг выдержал гневный взгляд отца спокойно и твердо. Вагр с тревогой оглянулся на друзей и убедился, что все прекрасно понимают: спор идет не о жизни купца, а о том, чья воля длиннее.

Все могло закончиться печально для острова Руя.

Только Радмила улыбалась. Ее глаза сияли. Сейчас! Старый вождь должен уступить молодому Богу. Это непреложный закон жизни.

– Я отдам тебе за жизнь этого купца все, что у меня есть. Надеюсь, «все, что есть» – этого достаточно?

Радомир и Роарг посмотрели друг другу в глаза. Отец отвел взгляд первым, и Роарг спокойно обнял купца за плечи и увел подальше от капища Святовита.

Четыре головы идола равнодушно смотрели, как уходит предназначенная ему жертва.

Радомир кипел от ярости, но ему приходилось сдерживать себя. Праздник был в самом разгаре. Люди отрезали от жарящихся туш куски мяса, пили вино, пели песни, бродили повсюду в поисках друзей и знакомых, чтобы поделиться радостью. Радомир заставил себя улыбнуться, но праздновать заставить себя не мог.

– Радмила! – позвал он ведунью.

Радмила почтительно подошла к вождю. Она должна была выказывать ему уважение не только как к вождю руян, но и как верховному жрецу Святовита.

Но это почтение было лишь данью традиции. Жрецом Радомир был номинально, лишь по праву рождения. Ему были неведомы небесные пути. Он не знал о тайне Рыб и всесожжении Агнца, о битве Борца, который огненными стрелами поразил Угнетателя за Змеиной рекой. Ничего этого он не знал, и знать не хотел. Пока он был молод, его интересовали лишь боевые схватки и бесконечные набеги.