Сын ворона

Он повалил этим прыжком Роарга навзничь и начал яростно душить, не переставая вопить:

– А-а-а! А-а-а-а!

Стражник сидел на Роарге верхом, руки сомкнуты шее. Роарг из последних сил пытался оторвать их от себя. Но, похоже, страх придал охраннику дополнительные силы. Роарг захрипел. Затем, удвоив усилия, перевалился набок. Теперь и он, и стражник лежали на боку, но охранник продолжал душить его. На помощь Роаргу поспешил Безымянный. Он вонзил свой клинок в шею стражнику и тот затих. Роарг с трудом оторвал мертвые руки от своей шеи и перекатился на спину.

– Роарг, ты жив? – с тревогой спросил Безымянный.

Роарг встал на четвереньки. Его начало рвать. Безымянный с облегчением выдохнул:

– Жив!

Тем временем над лагерем опустилась тишина. Как всегда, внезапная с окончанием боя. Харальд тяжело дыша, оглядывался по сторонам. К нему подошел Вольта:

– Кажись все…

Харальд, задрав голову, закричал:

– Победа-а-а!!!

Немедленно отозвались и другие голоса: «Победа! Победа!» Роарг с трудом встал, подобрал меч, а затем вскинул его вверх и тоже попытался крикнуть:

– По-бе…

Но крик перешел в кашель.

– Спасибо тебе, Безымянный. Я уже видел чертоги Святовита.

– Это ты, Роарг, спас наши жалкие жизни. А что они там кричали про приведение?

– Это тебе Вагр расскажет.

И они отправились в лагерь, чтобы присоединится к радости товарищей.

Вагр как раз демонстрировал собравшимся вокруг него воинам сморщенный бычий пузырь.

– Вот это и есть привидение, – объяснил он.

– Это бычий пузырь, насколько я вижу, – удивился Харальд.

– Да. Я его случайно нашел, и меня осенило! Я надул его, нажег угля и нарисовал злую морду. На мое счастье ветер дул в сторону лагеря, ну, я и отправил его гулять наудачу. А лягушек мы с Роаргом ловили. Страх – самое сильное оружие, – назидательно закончил свой рассказ Варг.

– Только меня не вздумай пугать.

К ним подошли Роарг и Безымянный.

– Теперь все к повозкам, – распорядился Роарг, – нужно отвезти добычу к лодке. И как можно быстрее.

Костры уже догорали, повсюду в разных позах лежали тела убитых. Лошади, которые были запряжены в повозки, давно разбежались или были использованы для бегства, поэтому таскать сундуки и мешки пришлось вручную. Правда, Чардраг попытался утащить одну из повозок, но у него ничего не вышло, кроме вонючего духа из заднего места от напряжения.