Возрождение из пепла. История города Узников

, но постояв несколько секунд, он убрал их обратно.

– Чем так задели ее последние слова самого жестокого человека в нашем городе? – теперь не выходило у меня из головы.

– О каких своих детях она говорила? У королевы не было детей от «Бездетного Рауля»

Солнце было уже высоко, когда пламя костра коснулось ее красивых ног.

– Гори ведьма скандировал народ, гори в аду, за наших детей.

– Испей крови дьявола – с горящими глазами добавил инквизитор, пускаясь в ритуальный пляс.

Казнь продолжалась довольно долго: ее то поднимали вверх, то опускали в самое пекло, позволяя ей постепенно обгорать.

Боль, которую она переносила в этот момент, несопоставима ни с чем.

Крики людей стали стихать лишь к заходу солнца. Зрелище перестало быть интересным, и пора было расходиться. Полуживое тело королевы в последний раз опустили в огонь, чтобы, наконец, завершить казнь, как вдруг из огня донесся крик ребенка.

Глава 2

Небо обагрилась кровью. Заходившее солнце осветило погост, что стоял на холме.

В красно – желтом свете обозначились кресты. Подул легкий ветерок, принесший за собой запах горелых деревьев. В черных тучах показалась полная луна. Приближалась Красная ночь.

Довольно редкое явление. Последний раз я наблюдал такой закат, когда мне было лет шесть. Многие считают, что это то самое время, когда собирается главный ведьмин шабаш и в эту ночь должно произойти, что – то запредельно страшное и жестокое. Полагаю, казнь королевы можно отнести к такому событию. А если уподобиться испуганной толпе, то вообще все можно списать на колдовство.

На полыхающем костре догорало бренное тело, а вместе с ним, горел и ни в чем не повинный ребенок. Принц города Узников. Мертвую тишину разрывали его душераздирающие крики.

– Ребенок родился в огне. Зачем? Чтобы через секунду умереть? не правда ли не справедлива жизнь?

Хоть я еще и мал, но удивить меня довольно трудно. Лишь события последних дней заставляют мое сердце безудержно трепыхаться. Может это и есть страх?

Да – это страх!

Испуганные люди падали в обморок.

Кажется, я видел слезы. Слезы женщин, чьи дети были замучены подобным образом. Агрессия сменилась страхом.

– Зачем я вообще сюда пришел? Ни хочу смотреть на это. Еще немного и я лишусь рассудка.

Крестьяне окружили меня со всех сторон, Я поневоле стал свидетелем этих событий. Ни уйти, ни спрятаться. Оставалось только зажмуриться. Мне показалось, что ребенок горел там целую вечность. Время будто остановилось.