Возрождение из пепла. История города Узников

Она была очень красива! Ее черные, слегка волнистые волосы, спускались до самой поясницы. Глаза ярко – голубые, тонкие брови и немного пухлые губы. В отличие от большинства людей, она была ухожена. Ее нежная кожа светилась ярким блеском, словно у ангела. И она была очень молода…

Я смотрел на нее, не отрывая глаз. Она прошлась вокруг плахи, будто не обращая внимания на закованных еретиков. Ее кожаное одеяние облегало хрупкое молоденькое тело. Мне показалось, будто солнце вышло из – за туч поглядеть на нее. Раздались вульгарные крики озабоченных мужчин.

– Иди к нам, малышка – слышалось вдалеке.

Она надела черный колпак палача, соблюдая древние традиции казни и положив огромные щипцы на плечо громко произнесла:

– Вы хотите зрелища?!

– Да, – хором кричали крестьяне, пытавшиеся перекричать друг друга.

– Вы хотите их смерти?! Хотите смотреть на страшные муки?!

– Да, убей их, накажи!

– Ну, тогда стойте ублюдки и смотрите, куда заводит ваша жестокость.

Образ милой девушки мгновенно рассеялся у меня на глазах.

– Она прирожденный оратор – подумал я.

Мы видим ее впервые, а ее речь уже приобрела успех у черни, к тому же никто и не заметил, как смело она всех оскорбила, назвав ублюдками. Но дальше началось невообразимое: она один за другим выдергивала языки, щипцами, что принесла с собой и бросала их в толпу

– Жрите суки! – кричала она. Кушать подано.

С одной стороны, это было очень странно, но я находил в этом свою забаву. Правда, я был не готов разглядеть в этой милой с виду девушке, такого жестокого палача.

– Это дочь Рикардо, дочь Рикардо! – скандировал народ.

И вот тут я понял, что это была малолетняя дочь покойного палача. Ей должно быть лет семнадцать, но выглядела она несколько старше.

При жизни палач пользовался авторитетом, хотя последние годы следил только за борделем. Сама профессия палача не уважаема, но, бывало, люди добивались вершин почитания. По рассказам Лоренцо, именно таким был ее отец.

Закончив бросание языков, она принялась рубить головы, симметрично расставляя их вдоль плахи, развернув их лицом к народу.

– Ну что, нравится?! – торжественно произнесла она, вытирая кровавое лицо кожаным рукавом.

– А что, если так? – разрубая головы пополам – продолжала она.

– Еще одна психопатка в мою коллекцию.

– Осталось предложить Лоренцо, запекать ушастых ежей в хлебе и в городе не останется адекватных людей – улыбаясь, подумал я.