Осколки Сердец

– Ал’лилель, – позвал Старейшина после завершения невероятного рассказа, – попроси Каина убрать заклятие и позволить нам уйти.

– Без него я никуда не пойду, – твердо произнесла девушка, ошарашив всех.

– Повелитель! – резко обратился к вампиру Старейшина, он был похож на готовый к удару меч. – Я уже отдал тебе двух своих дочерей! Третью ты получишь только через мой труп!

Этими словами он, видимо, разбередил давние раны, потому что всегда спокойный Повелитель словно взбесился.

– Каин! Сейчас же! Отпусти девушку и убери заклинание! – приказал он сыну, чеканя каждое слово.

– Вы заберете ее у меня, – тихо ответил тот, не глядя ни на кого, кроме девушки, – и я больше никогда ее не увижу.

После этих слов они еще теснее прижались друг к другу.

– Ты знаешь, что бывает за неподчинение Повелителю? – спросил вампир.

– Да, отец, – еще тише ответил Каин.

– Что ж, ты сам выбрал свою судьбу. – Повелитель снова стал спокоен и произнес ритуальную фразу: – Я, Повелитель рода Серебряного Тумана, изгоняю тебя из рода – отныне ты сам себе повелитель.

После этого вампир повернулся к своим.

– Мы уходим, – сказал он, заглушая рвущуюся наружу злость.

Вампиры потрясенно смотрели на него. Они еще не верили, что это произошло на их глазах – Повелитель изгнал из рода своего сына, и теперь тот стал изгнанником! Теперь ни один род не примет его у себя, а без посвящения такому изгнаннику уготовано только одно – быстрая смерть.

Повелитель с горечью подумал, что теперь действительно, как и хотел, его сын навсегда войдет в историю рода – правда, как первый, изгнанный из него. Хотя из других родов изредка изгоняли соплеменников, но в роду Серебряного Тумана такое случилось впервые.

Я молча смотрел, как отец повернулся и ушел, а за ним спустя мгновение последовали другие вампиры.

Старейшина, глядя на меня, просительно сказал:

– Каин, отпусти ее, пожалуйста. Или ты хочешь, чтобы и я изгнал ее из рода?

При этих словах Ал’лилель испуганно посмотрела на отца.

Такого я уж точно не желал для своей любимой. Быть всеми отвергнутой и бессильно ожидать скорой смерти – нет, это не та судьба, что я бы для нее хотел.

Тяжело вздохнув, я убрал заклинание, затем наклонился и поцеловал ее.

– Помни, сколько бы ни прошло времени, я всегда буду любить тебя. Это моя клятва тебе, любимая.

Ал’лилель широко раскрыла глаза, все еще не понимая, что произошло.