Осколки Сердец – 2. Рыцарь смерти

Назад я шел кратчайшим путем, поэтому мне понадобилось всего два дня, чтобы добраться до коридора, ведущего к арке входа на семьдесят восьмой уровень. Еще не ступив в коридор, я заметил четверых гномов, сидевших невдалеке от входа.

«Надо дать им знак, а то могут и пристрелить ненароком», – решил я и затопал нарочито шумно, пиная попадающиеся под ноги обломки и стуча рукояткой меча по стенам, за которыми никто не ухаживал и не укреплял вот уже несколько веков.

«Услышали, наконец, не прошло и года», – улыбнулся я, увидев, как гномы насторожились и, обнажив оружие, приготовились к сражению.

Подойдя ближе, я крикнул:

– Свои идут!

Один из гномов радостно проворчал, опуская оружие:

– Свои наверху сидят, пиво давно пьют, только чужие по заброшенным штрекам шастают.

Я вошел в круг света от их костра и улыбнулся. Гномы тоже заулыбались и выжидающе посмотрели на меня. На лице каждого можно было без труда прочесть вопрос: «Получилось?»

Настроение у меня было отличным, и я решил немного помучить их неизвестностью.

– А что вы тут делаете, а? – спросил я, словно не замечая их нетерпения. – Мы ведь договорились с Тарином, что он будет ждать меня через две недели.

– Этого варинг арга маргаза прибить мало, – отозвался один из гномов. – Как вернулся, так начал всеми командовать, приказал нашему десятнику выставить стражу рядом с аркой, на всякий случай. Вот так мы и попали сюда.

Остальные гномы закивали, подтверждая его слова.

– Сидим тут, как маргазы, ни пожрать нормально, ни пива попить, – дополнил список постигших их несчастий другой гном.

Я сглотнул, от упоминания о еде у меня началось обильное слюноотделение.

– Мне срочно нужно подкрепиться, – сказал я, принюхиваясь к запахам, исходящим от булькающего на костре котелка.

Гномы заулыбались еще шире, и тот, что до этого не раскрывал рот, пробурчал:

– Меняемся. Ты, наконец, перестаешь испытывать наше терпение, а взамен мы даем тебе жратву.

Я засмеялся во весь голос, затем, повернувшись спиной, показал им сверток с выглядывавшими оттуда брусками мифрила. Лучше бы я этого не делал, поскольку, увидев мифрил, гномы как будто сошли с ума. Они принялись лупить друг друга по плечам, обниматься, а потом поочередно тискать мое только недавно подлечившееся тело в своих медвежьих объятиях. Их лица светились счастьем.

– Как же я соскучился по мифрилу! – сказал один из них, немного успокоившись.