Мастер клинков. Клинок выкован

Голые причиндалы и прочие половые различия кобольдов давно меня раздражали, так что пришлось объяснить той особи женского пола, что сделала фартук жрецу и мне, как при помощи иголок и ниток можно сшить простейшую одежду, чтобы прикрыть свою наготу. В чем заключалась прелесть работы с кобольдами – они все подхватывали на лету, просто нужно было сказать, что и как надо, никаких вопросов и протестов. Вскоре мой жрец уже примеривал получившееся пончо. На первое время я посчитал, что этого будет достаточно, чтобы привезенной ткани хватило на самых продвинутых кобольдов.

«Пожалуй, это будет лучшим вариантом, – решил я еще в колхозе, когда понял, что одеть все пять тысяч просто не смогу за один раз. – Культуру ношения одежды не привить сразу и быстро, поэтому пусть пока одежда побудет атрибутом высшей власти, остальные сами будут стремиться к этому».

Вскоре такие же одеяния примеряли соратники жреца, горделиво посматривая на голых жителей. С еще большим фанатизмом они посматривали на меня, и, помахивая ломиками, были готовы выполнять любые мои приказы.

Своего пончо удостоилась и швея, которой я поручил обучить несколько помощниц для дальнейшей работы. Ведь я решил побыстрее выделить касту воинов. В данном случае это были ломики и одежда, а позже я собирался одеть и вооружить их нормальным оружием и доспехами.

– Ну а теперь я хочу, чтобы вы попробовали еду с поверхности. – Я разложил на площади перед домом жреца порезанные на маленькие порции различные продукты, чтобы выяснить, во?первых, не опасна ли она для кобольдов, а во?вторых, что им больше понравится, чтобы потом поставлять только нужное.

Первыми пробовать еду послали тех, кто, по мнению жреца, провинился за последнее время. Обреченные кобольды, видимо, ожидая неминуемой смерти, подходили к продуктам и по моему приказу брали по маленькому кусочку с каждой порции, уходя в сторону и уступая место другим. Очень скоро их обреченный вид, когда они поняли, что не умирают после дегустации, сменился заинтересованностью, испытуемые стали живее пробовать еду, делясь своими впечатлениями с собратьями «по несчастью».

Результат воздействия незнакомой пищи на организм кобольдов я решил выяснить простейшим способом – загнал их в один дом и ушел спать, чтобы утром посмотреть, что с ними произойдет.

На следующий день оказалось, что все живы, а также что вся унесенная ими в дом еда съедена без остатка.