Пандемониум. Мистические повести

В его воображении мигом нарисовался желтеющий в ночи тусклыми окнами дом свиданий и загородный ресторан с белозубым негром-швейцаром, пальмами и цыганами…

Доктор Беннетт молча смотрел на него, задумчиво ощупывая свой гладко выбритый подбородок в ожидании ответа.

– Я не знаю, – промолвил Евгений. – Посоветуйте мне.

– Хм… Мне нелегко брать на себя такую ответственность.

– Я разрешаю.

– Ну что ж… Вы не увлекаетесь женщинами, вы нетерпимы к алкоголю, вам неприятны азартные игры. Ваш разум требует гораздо более тонких и изысканных наслаждений, которые оторвали бы вас от грязных реалий этого мира.

Евгений покачал головой, хотя, кажется, видел мельком это имя на афишной тумбе.

– Это знаменитый иллюзионист и гипнотизер, недавно приехавший на гастроли в Москву. К сожалению, я знаю о его искусстве чуть больше, чем ничего, но судя по отзывам публики, это что-то невероятное. Попробуйте его посетить.

Евгений улыбнулся, глядя в чистые, как майское небо, глаза доктора Беннетта.

Когда он собирался уходить и уже коснулся позолоченной ручки двери, за спиной прозвучали прощальные слова:

– И помните: я люблю поговорить и выслушать, но я не волшебник. Помочь вам можете только вы сами.

Мсье Фантазм

Евгений трясся в больших, неуклюжих санях, глядя в синюю спину медведеподобного извозчика. Вечерело. Сиреневатым светом наполнялись висящие над улицей матовые шары. Самодовольно сияя золотом, проносились мимо роскошные витрины магазинов и ресторанов Тверской, подсвеченные вывески и высокие окна дорогих квартир.

– Ездить нонче трудно стало! – вдруг пожаловался он. – У товарища моего третьего дня ахтомобилем кобылу зарезало…

– Да, – промолвил Евгений, не вдаваясь в суть услышанного.

– А как же! Обижаете, ваше блаародие!

Уйдя в свои мысли, Евгений не заметил, как в загустевших сумерках его привезли к старому зданию, построенному в весьма оригинальном для Москвы стиле. Острые, угловатые фронтоны с флюгерами и узкие решетчатые окна придавали ему вид ведьминого дома из сказки. Синий снег обволакивал его, застыв морскими волнами посреди двора.