Барракуда

–Вы… Кто? – спросила Инга

–Здрассьте! – Машка шутовски поклонилась – Что значит, кто!? Мы – твое подкрепление! Твой Первый, уж прости за каламбур, первый среди тактиков и стратегов столетия, ни шиша не умеет руководить простейшими операциями!

–Машка! Угомонись! – Лика махнула на Машку рукой – Мы группа Эс – двенадцать-двенадцать, нас срочно тебя вызволять послали.

–Хорошо, мы совсем рядышком были – хмыкнула большеглазая… Мурашки? Эс-двенадцать-двенадцать? До Инги стало доходить, кто эти девчонки…

–Ты Наташа? – спросила она у большеглазой

–Она самая – улыбнулась Натка – а это ворчливое создание без капли такта – Мария.

–Чё это я без такта-то вдруг?! – возмутилась Машка – Вот зараза такая, я же помогай, я же бинтуй, я же жгуты накладывай, а вместо шоколадки или хотя бы элементарного спасибо…

–Машка! – прикрикнула Лика – Завязывай! Ты как? – обратилась она к Инге.

–Нормально – выдохнула Инга – Спасибо вам, девчонки!

–Вот! – обрадовалась Машка – Хоть один воспитанный человек! Не то, что эти две…

–Пришли – сказала Натка.

Ингу положили на землю, она услышала, как открываются дверцы машины.

–Сейчас немного больно будет – извиняюще произнесла Натка и девчонки тут же подхватили Ингу, усадили на заднее сиденье «девятки».

–Я вам тут все кровью заляпаю – зачем-то сказала Инга и улыбнулась.

Девчонки впрыгнули в машину, хлопнули дверцами. Машка запустила двигатель.

–Не ссы, Барракуда! – весело крикнула она – Эта машинка и не такое видала!

Машина рванула с места и быстро набирая скорость, покатила по лесной дороге.

Инга вздохнула и закрыла глаза. Вот теперь она спокойно могла позволить себе потерять сознание…

…Инга лежала в больничной палате и смотрела в белый, шершавый потолок. Она вдруг вспомнила свое детство. Она редко вспоминала его, не хотелось ей этих воспоминаний, но сегодня вдруг окунулась с головой… Вспомнила маму… Вспомнила, как страшно напился отец на ее похоронах, как орал он жутким голосом, проклиная весь мир, на кухне, круша посуду и ломая мебель… И как они спрятались от него с младшей сестрой под кровать…

Потом они стали прятаться от него все чаще и чаще – отец все реже бывал трезвым, а напившись, орал на Ингу, орал на младшую сестренку, бил посуду и ломал все вокруг…

Инга часто поморгала, вздохнула, мотая головой, пытаясь прогнать эту череду кадров.