Мосты Норланда

Компания устроилась на летней веранде ресторана у края площадки. Фрея поставила тарелку на перила и с вилкой в руке рассматривала сбегающие вниз переулки Замковой горы, чередующиеся с пустырями и выступающими из склонов гранитными скалами. Фрей рассказывал анекдот о том, как художник из дома вдовы Брэм однажды чуть не пристрелил родного брата короля, герцога Рагнара по прозвищу Пузырь.

– Как ты его назвал? – переспросила Фрея.

– Пузырь. Он огромен, будто лось и толст словно пузырь. Только не вздумай назвать его так в лицо.

Герцог страшно обидится.

Из распахнутых окон ресторана неслись звуки скрипки, женский визг и прямо-таки лошадиный гогот.

– Кто это гуляет? – спросил Фрей у официанта.

– Их светлость Рагнар Унрехт, герцог Регины изволит отмечать день ангела, – ответил официант.

– Постой, это же…, – начала принцесса.

– Это Пузырь, – подтвердил Фрей.

– Ты представишь меня герцогу?

– И не подумаю, – поручик нахмурился. – Когда Унрехт теряет чувство меры… это ужасно.

Давай поговорим о чём-нибудь другом.

Девушка заметила дату, выбитую на университетском значке Фрея. Она забыла про тарелку, вся подобралась, как кошка, скрадывающая воробья.

– Фрей, твой значок…

– Ты хочешь спросить, как я умудрился получить этот «поплавок» за пару лет до своего рождения? – усмехнулся принц. – Дело было так: я поступил в Политех, отучился и готовился к выпускным. Но за месяц до экзаменов студенты устроили традиционные майские гуляния с битьём стёкол и купанием полицейских в канале.

Усмирять буянов прискакал эскадрон гвардии кирасир, но студенты так разухарились, что кавалеристов тоже искупали. Мой опекун, герцог Пузырь, который с минуты на минуту взорвёт ресторан, – Фрей кивнул на дверь, из которой неслись угрожающие звуки, – счёл это личным оскорблением. Он заявил мне: «Среди Унрехтов были рыцари, пираты и даже сумасшедшие, но не было ни одного инженера. И не будет!» После чего приказал отчислиться от университета.

– А значок? Расскажи про значок! – потребовала Фрея.

– После отчисления я устроил пирушку для друзей. В числе приглашённых был мэтр Линд Хампус, в то время руководивший кафедрой мостов и тоннелей в Политехе. Он заявил, что моё отчисление – величайшая несправедливость на свете и подарил мне свой университетский значок.

Фрея смотрела на принца, облокотившись на стол и подперев щёки ладонями.

– Скажи, Фрей, у тебя есть мечта?

– Конечно! – ответил поручик.