Альфонс Алёша

Лёша старался не шевелиться, чтобы не дать повода, чтобы ничего не спровоцировать (и это было правильное поведение), но затем он допустил ошибку. На свою беду, Ромашкин улыбнулся даме – то ли из вежливости, то ли с перепугу. Его новая подруга посчитала это согласием и мгновенно завладела Лёшиными руками. Тактичные сопротивления не дали результатов. Несколько движений в такт музыке – и партнёрша крутанулась вокруг себя, завернувшись в Лёшины объятия. Ромашкин отпрянул и, применив значительное усилие, всё-таки вырвался из цепких рук.

Женщина посмотрела на него с одобрением: «Да ты кокетничаешь со мной, мальчик-недотрога?» – и потянулась к Лёше уже не руками, а (боже!) губами. Движимый древним инстинктом, в последний миг Лёша отскочил от неё, как олень от крокодила, и помчался прочь приставными шагами, лавируя между танцующими. Возмущённая хищница, упустив добычу, бросилась было в погоню, но куда там! Его и след простыл.

Ромашкин вернулся в штаб и спрятался за широкими спинами товарищей.

– Повезло тебе сбежать, Лёха. Там и калибровать ничего не надо. Колхоз «Красное вымя».

– Сегодня же первое сентября! Она, наверное, из какой-нибудь школы сбежала. У меня в школе завуч такая же была.

– Ты отдышись, и давай на второй подход. Твоя «Биркин» заказала новый стакан.

Лёше хотелось поскорей покончить со всем этим. Как пластырь с коленки оторвать. К тому же сегодня ещё подгузники надо купить. Он осмотрелся. Хищной учительницы не было видно, но было благоразумнее двинуться не танцполом, а столиками.

Ромашкин не знал, что «учительница» запеленговала его тотчас, как только он поднялся, и двинулась наперерез. Лёша обнаружил погоню уже почти добравшись до барной стойки. Там его ждал ещё один неприятный сюрприз: стакан хоть и не был в руках у «Биркин», зато был на обе половины пуст. Как начать знакомство, когда нечем себя облить, а на хвосте погоня? Можно поступить по-д’артаньянски: наброситься на «Биркин» с поцелуем, чтоб «учительница» отступила, увидев, что Лёша занят.

– Дайте мне пощёчину! – прокричал Лёша над головой «Биркин».

– Что? – переспросила она – не потому, что не расслышала, а потому что не поверила ушам.

– Срочно ударьте меня, так надо!

Девушка не спешила распускать руки.