Черная смерть

– И что же так взволновало тебя? Так, что ты попросил личной встречи?

– Я долго думал над моим разговором с русским. И у меня сложилось впечатление, что мы, сами того не желая, прикоснулись к чему-то непонятному. Природы чего мы пока еще не понимаем.

– Что за пессимизм, гауптштурмфюрер? Чего тут непонятного может быть? Ну – диверсант, ну – талантливый, так чего же вам неясно?

– Как вам сказать… Попробую пояснить. Леонову сейчас сорок пять лет, то есть родился он еще при царе и первоначальное обучение прошел еще тогда.

– Ну… возможно. И что из этого? Допустим, что он еще из старого состава русской разведки или чего-то подобного. Это что-то сильно меняет?

– Он назвал свое место службы.

– А! Это уже плюс! И из какого гнезда вылетают столь зловещие птенцы?

– Спецподразделение «А» Первого Главного Управления КГБ СССР.

– Это еще что за фирма?

– Не слышал. Я осторожно навел справки у коллег из абвера и у наших спецов – то же самое.

– Ну, мало ли что могли напридумывать русские в последнее время. В конце концов, это вообще не наше дело. Подкинем эту информацию ребятам из шестого управления, пусть у них голова болит.

– Со слов русского, это подразделение существует уже давно. И он служит в нем тоже не первый год. Он сказал – почти двадцать лет.

– Тем более! Фитиль от руководства этим парням обеспечен! Прозевать существование целого спецподразделения – за это по головке не погладят.

– Леонов свободно говорит по-английски. И, как я понял, не только на этом языке. Зачем обычному диверсанту такие знания?

– Так… Это новость… Такими кадрами не разбрасываются попусту…

– То же самое я ему и сказал. И знаете, что он мне ответил?

– Что же?

– Что таких специалистов, как он, – много.

Рашке крякнул. Покрутил головой, ослабляя вдруг ставший тесным воротник.

– Ничего себе… Он не сказал сколько?

– Сказал – достаточно.

– Знать бы, каковы его представления о достатке… Черт! Генрих, ты только усугубил мое плохое настроение! Надеюсь, что хотя бы здесь он один такой?

– Исходя из наших данных – один.

– И за то хвала Господу! Кстати, как наши задумки? Удались?

– В полной мере. Он согласился принять от меня консервы и галеты.

– Ага! Я же говорил, что у него плохо с продовольствием!

– По-видимому. Во всяком случае, посланные за ним следом солдаты нашли его место ночевки.