Крест, орел и полумесяц. Обманчивый рай

Очень скоро янычары окружили султанский дворец и разбили свои палатки прямо под его окнами. Целый день они били в бубны и выкрикивали оскорбления в адрес молодого правителя, требуя, чтобы султан сам вышел к ним.

Это был уже открытый вызов и Мехмед, несмотря на слезные просьбы своих советников, решил больше не прятаться за высокими стенами дворца.

– Янычары не посмеют причинить вред наследнику Османа, – спокойно говорил он. – Я напомню им о клятвах, которые они давали мне и моему отцу.

– А если это не поможет? – спросил встревоженный не на шутку Заганос.

Мехмед пожал плечами и слабо улыбнулся.

– Мои предки создали великую империю лишь потому, что никогда не отступали перед опасностями. Если я не выйду к янычарам сейчас, то прослыву трусом. А это много хуже смерти.

– Возьмите хотя бы охрану.

– Со мной пойдет Омар, он защитит меня гораздо лучше, чем отряд обленившихся придворных стражников.

Взгляды всех сановников устремились на рослого янычара, который словно скала возвышался позади их юного правителя.

– Быть может, мне следует отправиться с вами? – предложил Халиль.

Мехмед с подозрением посмотрел на первого визиря и холодно произнес:

– Я бы не хотел рисковать твоей драгоценной жизнью, Халиль. Ты много лет служил моему отцу, а в будущем, надеюсь, еще послужишь мне. Твое место здесь и что бы ни случилось, не покидай пределов дворца.

– Как прикажете, повелитель, – покорно ответил визирь.

– Делай как знаешь. – Мехмед поднялся с трона и в сопровождении Омара спустился во внешний двор, остановившись перед главными воротами. По его знаку слуги бросились к подъемным механизмам.

Мехмед взглянул на Омара и, улыбнувшись, сказал:

– Ну что, посмотрим, что готовит нам судьба.

Янычар ответил султану коротким кивком и по привычке опустил ладонь на рукоять сабли.

Ворота распахнулись, и султан, облаченный в позолоченную кольчугу и опоясанный мечом, вышел навстречу шумной толпе янычар.

* * *

– Глупый, упрямый мальчишка! – кричал великий визирь, вышагивая по мягким персидским коврам, устилавшим каменный пол его кабинета. – Кем он себя возомнил! Неужели он думает, что янычары станут его слушать?

– Боюсь, это наша ошибка, – нервно переминаясь с ноги на ногу, сказал Исхак-паша.