Дериват

Спри ускорился вдоль нитевидно-красного пути. Не к месту всплывшее дежавю притупило собранность мысли героя: он будто шел навстречу одной из работ нейросети «Заблудший в герцогских лесах», которая, в свою очередь, помнилось буси-до, вплетала в свой битональный холст сокрытые мотивы другого, более прославленного мастера: этот забытый миром художник, кажется, пририсовал гигантскую птицу к композиции, расчерченной узорами сепии.

– Крео, капрал Дуэ прорывается на канал связи, он уже связался с мисс Ханаомэ Кид, – Аполло за долгое время пассивного наблюдения в муравейнике вновь прервал молчание.

– Что это была за чертовщина? – гнев на омнифрейм ускорял без того стремительный шаг Крео к стволу десятиметрового дерева. – Я, по-моему, тебе приказал сидеть молча и записывать через линзу все происходящее. Какой, к дьяволу, гражданин Нового Дэ’Вона, не соответствующий контексту эпохи? Ты что совсем теплый?

– Ты, и вправду, удивишься, если выслушаешь до конца мои наблюдения об этом человеке, – компьютер не понимал осуждающее предупреждение.

– Замолчи. Ты должен был со мной связываться только по вопросам, прямо или косвенно касающимся Френсиса Голта и Отправного Леса. Отбой.

– Крео… – голос Аполло растаял в радиоволновом небытие.

– Дуэ, ты меня слышишь, ответь, – теперь Спри сам добирался до капрала, поменявшись с ним ролями.

– Спри, это ты? Я уже связался с Бэей. Что, черт подери, там стряслось? Где мои люди? – на фоне резкого штурма вопросами, посыпавшимися из паникующего капрала, отчетливо себя выдавали звуки пребывания «Новых Фронтиров» в состоянии полета.

– Отвечу на все позже. Лети на наши координаты – нас теперь должно быть видно.

– Уже!

Крео Спри дошел до места привала, где раненный зверь с каждым последующим разом дышал все тяжелее и прерывистее. Ханаомэ Кид сидела возле зверя, ее ладонь покрывала грудь животного, под которой, видимо, порванные легкие были забиты нахлынувшей в них кровью. Прогноз получался неутешительным: мохнатый воин, принадлежащий к семейству кошачьих, умирал на руках спасенной им женщины.

– Это же… лев, – Бэа не заметила, как Спри подошел к просвечиваемому восходящим светилом дереву. Слабые лучи, проникающие сквозь шуршащую листву береста, приказали лицу Ханаомэ Кид зардеться. Девушка повела голову чуть в сторону, увидев выросшую на теле четырехлапого спасителя тень компаньона. – Они же вымерли, нам об этом вдалбливали со школьных времен.

Спри присел рядом с девушкой. Перед ним, действительно, лежал лев.