Уратмир: земная пристань

– Почему?

– Наверное, потому, что сегодня мой день рождения…

– О! Так у Вас праздник! Поздравляю!

Тем временем они въехали на территорию центрального отдела полиции.

– Спасибо, Вы первый, кто поздравил меня сегодня лично.

– Не может быть! Такая восхитительная девушка! И что? Вас некому поздравить?

– Очевидно так, – она была очень зажата, а её лоб был упёрт в боковое стекло, которое слегка запотело вокруг.

– Ну, а как же родители?

– Только отец, но его поздравления я жду меньше всего.

Они поднимались в кабинет Геннадия Семёновича.

– А друзья? В конце концов, я не вижу кольца на Вашем пальце. Простите за личный вопрос, но у Вас же должен быть любимый человек, парень, который просто обязан Вас поздравить?!

София сначала просто промолчала, но потом эмоционально выдохнула и промолвила: «Парень обидел меня сильнее всех!».

Зайдя в кабинет, полковник повесил китель на вешалку и предложил огорчённой миловидной девушке присесть на стул.

– Знаете, София… Я же могу Вас так называть?

– Да, да, конечно.

– Так вот, мне кажется, что к концу этого изматывающего дня Вы будете самой счастливой девушкой на Земле.

Она посчитала слова старого полковника, который напоминал ей заслуженного боевого генерала войны 1812 года, воочию видевшего смерть, боль, ужас, радость победы, и взвалившего на плечи поручительство за каждого юного солдата империи, простым оптимистичным подбадриванием.

– Может быть, чаю?

Кабинет офицера напоминал красавице чулан, в котором было множество нужных вещей из прошлого, покрытых толстым слоем пыли. Эта творческая захламлённость обстановки кабинета придавала неповторимый шарм умудрённости Геннадия Семёновича.

– Нет, спасибо… Могу ли я позвонить?

– Папе, наверное?

Слова полковника напрочь отбили у Софии желание куда–либо обращаться и тем более к отцу. Она была подавлена, у неё совсем опустились руки.

– Одну минуту, подождите. Посмотрю, работает ли телефон и приду.

Этот странный усатый полковник почему?то начинал вызывать у волшебной девушки симпатию. Она чувствовала исходящее от него тепло и доброту. Старая военная выправка делала этого колобка немного забавным.

Геннадий Семёнович вышел из кабинета и захлопнул дверь. Теперь ему нужно было тянуть время. Но вся эта затея нравилась ему всё меньше и меньше.