Уратмир: земная пристань

– А теперь ещё один сюрприз. Ты говорила, что неплохо было бы сделать так, чтобы эти ветки, похожие на висячие жалюзи, не мешали потрясающему обзору. Смотри! Если, конечно, эта штука ещё работает?

Я потянул за спрятанную в темноте верёвку и нашему взору открылся город, сияющие огни которого напоминали шкатулку с драгоценными камнями.

– Да?а?а! Красота! А укрытие похоже на шатёр! У тебя ещё много козырей в рукаве?

Не знаю, что произошло со мной в тот момент. Я абсолютно не хотел врать ей и утаивать хоть какую–нибудь правду.

Опрокинувшись на спину рядом с ней, я перенёс взор на бесконечное звёздное небо.

– Знаешь, это место не очень счастливое для меня…

– Почему?

– Я теряю здесь тех, кого люблю.

– Ну?ну, продолжай…

– Я обманул тебя.

– Когда ты успел?

– Там в кафе, я соврал тебе. Нет, пари, конечно, было, но не на помощь детям. Я поспорил с Вовой на то, что он, наконец, отвяжется от меня, если я с тобой познакомлюсь…

В эту секунду после этих слов я ждал всего: ударов, истерик, слёз, «все мужики козлы!», «как ты мог играть на чувствах обездоленных детей», «ты бессовестный, да тебя убить мало».

И я не ошибся, началось что?то вроде того. София немного приподнялась и села, взялась за голову, потом посмотрела на меня карающим взором и закричала:

– Ах, ты, смазливый змей?искуситель! Да как ты мог?! Мерзавец!

Она опрокинулась на спину и начала громко хохотать. Что творилось в её мыслях – непостижимая загадка. Это и было проявление извечного вопроса: «О чём думают женщины?».

Так же дико смеясь, она добавила вторую:

– Ты ждал от меня такой реакции?

– Ну, не знаю. Думал, что ты расстроишься, ну, или что?то в этом духе.

Немного успокоившись, она постаралась объяснить, насколько я наивен, что для меня было полным откровением.

– Знаешь, ты совсем не умеешь врать. Тебя наградил этим Бог. Как только ты ко мне подошёл и начал на ходу придумывать слова, у меня в голове возникли только три вопроса: «Насколько это будет оригинально?», «Насколько это будет забавно?» и «Насколько это будет разумно?».

К сожалению или к счастью, Уратмир, но ты всегда правдив…

Теперь мне захотелось истерически засмеяться. От таких откровений я начал зажимать губы. У меня было такое чувство, что ещё одних откровений я не выдержу. Уже определённо казалось, что жертва – это я. Также было очевидно и то, что София читала меня как открытую книгу – я не был загадкой для неё, но я был ответом на все её вопросы.