Россия, лихие годы: рейдерский захват

Но подступившие сбоку от пятиэтажки жестяные гаражи-тенты портили вид, заметно снижая задуманный первоначально высокий класс. Около них я и поставил свой мотоцикл.

На входе два охранника в форме. Оба – как быки. Один за столом, со списком, – и я ему протянул свое водительское удостоверение. Второй чуть поодаль – стоит в классической позе полицейского – руки скрещены на груди, ноги расставлены, гордый взгляд. Поразила меня их униформа – копия летней формы нью-йоркского полицейского. Все до мелочей: темно-синий индиго, покрой, ремни, открытая кобура с торчащей рукояткой пистолета, и даже над левым нагрудным карманом каждого – крупная белая звезда шерифа.

Гостей в этой фирме одних не оставляли. Меня сопровождал второй из ньюйоркцев. Перед закрытой электронным замком стеклянной дверью – взмах магнитной карточки, – и она беззвучно распахивается. Под ногами ковры, над головой повсюду видео-глазки наблюдения, кондиционированная прохлада и тишина – именно такие условия любят большие деньги.

Но я до сих пор ничего не смог придумать для первых слов, – что-нибудь да подвернется на язык.

За дверью секретарша. Скользнула глазами по моему мотоциклетному пропыленному облачению, но ни малейшей удивленной реакции. Сопровождающий ньюйоркец отошел от меня к свободному креслу и присел.

– Директор ждет вас, – пропела секретарша.

Директор оторвался от своих бумаг на столе, когда я уже сделал несколько шагов от двери. Без улыбки он указал рукой на кресло и остановил на мне глаза.

– Слушаю вас, господин Соколов. – Можно было только подивиться, как у них поставлено дело: они узнавали имя каждого, кому назначали встречу.

Я присел, вынул из кармана книжку с врезанным диктофоном и небрежно положил ее на стол. Тот настороженно на нее покосился.

– Я у вас по чужому личному делу. Мне поручили одну работу, и она привела меня к вам.

Я окинул глазами кабинет. Все дорого, классно, изумительный дизайн – стекло, полированная сталь, и в контрасте с этим – антикварная тибетская бронза.

– Почему вы решили, что мы можем вам помочь? – Я почувствовал, что начал раздражать его. Тонкий его нюх никаких серьезных денег за мной не ощутил. Он только терял со мной свое драгоценное время.

– Я выполняю работу для господина Софронова, вы с ним знакомы.

Он медленно откинулся в назад кресле и закинул обе руки за затылок.